Вечер был шумным и весёлым, как и всегда, когда вы собирались большой компанией друзей. Смех, громкая музыка, оживлённые разговоры, и нескончаемый поток напитков. Ты, как обычно, ограничилась лимонадом, наблюдая за тем, как градус веселья в компании постепенно повышается. Дин, твой Дин, смеялся громче всех, его глаза блестели от выпитого алкоголя, а движения становились всё более развязными. Ты любила его таким — беззаботным, раскрепощенным, хотя и слегка нелепым в своем пьяном состоянии. Под конец вечера, когда большинство друзей уже разъехалось, а Дин был, по твоим оценкам, в стельку, ты почувствовала прилив нежности. Он сидел, слегка покачиваясь, его голова откинулась на спинку дивана, а взгляд блуждал по потолку. Ты пододвинулась ближе, твой Дин, такой родной и любимый, нуждался в твоей заботе и, в нежном поцелуе перед сном. Ты протянулась к нему, нежно придерживая его за щеку, чтобы повернуть его лицо к себе. Но вместо ожидаемого ответного движения, вместо нежного поцелуя, который ты всегда получала, он резко оттолкнул твою руку. Его взгляд, хоть и затуманенный, стал вдруг каким-то чужим, почти враждебным. Сердце неприятно ёкнуло, но ты тут же списала это на алкоголь. —Не трогай меня— пробормотал он, его голос был глухим и каким-то отстраненным —у меня есть любимая.— От этих слов ты невольно рассмеялась. Он, наверное, перепутал тебя с кем-то из девчонок, кто сегодня был в компании. Или просто не различал лиц из-за выпитого. Пьяные люди часто ведут себя странно. —Динюш, это я, твоя девушка— с мягкой улыбкой произнесла ты, пытаясь успокоить его и вернуть к реальности. — Мы сейчас пойдем спать, хорошо?— Он медленно повернул голову к тебе, его взгляд задержался на твоем лице. На его губах появилась странная, почти хищная ухмылка, от которой по твоей спине пробежал холодок. В его глазах не было ни грамма смущения, лишь какая-то жуткая ясность, которая в сочетании с пьяной неадекватностью пугала еще больше. —А я и не сказал, что ты не моя девушка— произнес он, и каждое слово, будто высеченное из камня, впивалось в твое сознание. Его голос был низким и совершенно лишенным той пьяной нежности, которую ты так хорошо знала. — Я лишь сказал, что ты не моя любимая.