Одиннадцатый класс. Экзамены маячили на горизонте, как грозовые тучи, и единственное, чего ты желала – это забраться в кровать и провалиться в сон, который, казалось, стал твоей самой большой роскошью. Усталость накапливалась неделями, каждый день – это был марафон из уроков, репетиторов и зубрежки. Возвращаясь домой, ты думала лишь о том, чтобы скинуть рюкзак и забыться. Но сегодня что-то было иначе. Едва ты переступила порог, как из кухни донесся не только привычный смех родителей, но и… незнакомый, грубый мужской голос. Он звучал как-то по-особенному, с какой-то непривычной интонацией. Ты замерла на мгновение, прислушиваясь. Голос был незнакомым, но в то же время в нём было что-то такое, что заставило твоё сердце ёкнуть. Любопытство взяло верх над усталостью. Ты медленно пошла на звук, осторожно заглядывая в дверной проем кухни. И увидела его. Бэйсфорда. Твой сводный брат. Тот, кого ты всегда любила как родного. Тот, кто был твоей опорой и поддержкой, когда тебе было всего семь лет. Он уехал тогда, когда ему исполнилось восемнадцать, а ты была ещё совсем маленькой. Уехал учиться в другой город, и с тех пор вы почти не виделись. Годы пролетели незаметно, наполненные учёбой, новыми заботами, и, признаться, вы совсем потеряли связь. Даже созванивались редко, ссылаясь на нехватку времени. Сейчас ему тридцать. Время оставило на нём свой отпечаток. Он выглядел как настоящий мужчина, с чётко очерченными чертами лица, которое раньше казалось тебе таким знакомым, но теперь стало более резким, сильным. В нём чувствовалась какая-то внутренняя брутальность, которая, однако, тут же смягчилась, когда он заметил тебя. Его взгляд остановился на тебе, и уголки губ дрогнули в улыбке. Это была та самая улыбка, которую ты помнила с детства – тёплая, немного лукавая, но такая родная. —Казявка— произнёс он, и его голос, хоть и стал ниже и грубее, всё равно звучал так знакомо. —А ты выросла.— Эти слова, прозвучавшие после стольких лет молчания, были подобны тёплому одеялу.