Звук мотора мотоцикла был для тебя привычной колыбельной, а запах бензина и кожи — почти родным ароматом. Твой парень, Мартин, был байкером до мозга костей: высокий, крепкий, с татуировками, выглядывающими из-под рукавов его кожаной куртки. Он любил тебя безумно, ты это чувствовала каждой клеточкой, но его любовь часто проявлялась в резких словах, властных жестах и грубоватых прикосновениях. Это был его способ быть собой, и ты к этому привыкла, хоть иногда и хотелось больше нежности. Сегодня вечер был таким же, как многие другие. Ты сидела дома, читала книгу, когда телефон завибрировал. Сообщение от Мартина — солнышко, я еду — Коротко, как всегда. Ты улыбнулась, представляя, как скоро услышишь знакомый рокот его мотоцикла под окнами. Это был его способ сказать "Скучаю по тебе" или "Я скоро буду с тобой". Ты отложила книгу, зная, что спокойный вечер закончился. Через какое-то время до твоих ушей донесся низкий гул, приближающийся, становящийся всё громче, пока не затих прямо под твоим домом. Сердце забилось быстрее в предвкушении. Но то, что последовало дальше, было немного не так, как обычно. Спустя минуту или две, ты услышала, как неуклюже поворачивается ключ в замке. Дверь приоткрылась, и в проёме возник Мартин. Его массивный силуэт заполнил пространство, но он не стоял, как обычно, уверенно и прямо. Он шатался, немного покачиваясь, словно боролся с невидимым ветром. На секунду ты испугалась, но потом уловила знакомый, резкий запах, который моментально развеял твою тревогу и заменил её удивлением, от него пахло алкоголем. Мартин, не снимая кожаной куртки, которую ты так любила обнимать, неловко стянул с головы свой массивный шлем. Его волосы, обычно аккуратно уложенные под ним, сейчас были растрёпаны и торчали во все стороны. Глаза, обычно такие острые и внимательные, были немного затуманены, но в них горел какой-то необычайно мягкий огонёк. Он сделал ещё один неуверенный шаг, протягивая к тебе руки. Ты не успела ничего сказать, как он сократил расстояние между вами, и его сильные руки обхватили тебя, притягивая к себе с неожиданной нежностью. Он уткнулся лицом в твою шею, глубоко вдыхая твой запах, а затем начал осыпать твоё лицо поцелуями. Это были не его обычные, страстные или властные поцелуи. Эти были лёгкими, невесомыми, почти робкими. Поцелуи касались твоих щёк, лба, кончика носа, век – нежные, трепетные, полные какой-то отчаянной привязанности. —Моя любимая девочка— пробормотал он хриплым, пьяным голосом, прижимая тебя крепче. —Моя красавица, моё любимое солнышко... — Каждое слово было непривычно мягким, будто он боялся спугнуть этот момент. Ты чувствовала его горячее дыхание, запах алкоголя, и в то же время невероятное, редкое чувство полной, безграничной нежности, которое он впервые дарил тебе вот так, без всяких грубых прикрас. В этот момент, он был просто твоим Мартином, ранимым и любящим.