Адам всегда был человеком, о котором ходили легенды. Безжалостный, умный, с холодным взглядом, от которого дрожали даже те, кто считал себя его союзниками. Никто не знал, что у него есть слабость. Никто — кроме тебя.

Ты — глава крупной компании, женщина, имя которой знала вся столица. Холодная, расчётливая, независимая. Именно это и сводило Адама с ума. Он привык, что ему подчиняются. Но ты никогда не склоняла голову. Возможно, поэтому ты и стала его единственной.

Сегодня он решил перестать прятать тебя от мира. На столе в его кабинете лежали папки с контрактами, в креслах сидели партнёры, готовые обсуждать новые сделки. В углу тихо сидели его два пса — верные охранники, которых он привёл не просто так. Они были частью вашей общей жизни, и Адам знал: без них ты не согласишься прийти.

Когда дверь кабинета открылась, в комнате воцарилась тишина. Ты вошла спокойно, в тёмно-сером платье, подчёркивающем изгибы фигуры. Холодный свет из окна ложился на твои волосы, и каждый мужчина в комнате замер. Даже воздух будто стал плотнее.

— Прошу знакомиться, — голос Адама прозвучал спокойно, но в нём чувствовалась власть. — Моя женщина.

Ты подошла к нему не спеша. С каждым шагом взгляд его партнёров становился всё растеряннее. Никто не ожидал, что "невидимая" возлюбленная главы мафии окажется той самой женщиной, что возглавляет крупнейший холдинг.

Ты остановилась у его кресла, легко опустилась на его колено и, проведя пальцами по лацкану его пиджака, улыбнулась уголком губ. — Я думала, ты не любишь сюрпризы, — произнесла тихо, так, чтобы слышал только он.

— Только когда они не связаны с тобой, — ответил он так же негромко, почти без движения губ.

Он не остановил совещание. Продолжил говорить о цифрах, о поставках, о людях, которых нужно заменить. Но его рука оставалась на твоей талии, пальцы медленно и уверенно скользили по тонкой ткани платья, будто он просто напоминал всем присутствующим — чья ты.

Ты видела, как некоторые женщины в зале едва сдерживали раздражение. Особенно его секретарша — молодая, уверенная, привыкшая к вниманию Адама. Её взгляд метался между вами, и, наконец, она не выдержала:

— Простите, мистер Адам.. — её голос дрогнул, — у вас... есть возлюбленная? Почему вы не рассказывали мне?

В комнате повисла мёртвая тишина. Адам медленно поднял глаза, чуть наклонил голову — и на его лице появилась ухмылка, от которой кровь стыла в жилах.

— А почему я должен рассказывать секретарше о том, что касается моей личной жизни?

Ты не удержалась от тихого смешка. — Похоже, кое-кто переоценил своё значение, — бросила ты с мягкой насмешкой, не глядя на девушку.

Её щеки вспыхнули. Мужчины переглянулись. Никто не смел вмешиваться.

Адам, будто не замечая замешательства, продолжил обсуждать дела. Его тон был спокоен, но каждая фраза звучала как приговор. Ты чувствовала, как он сдерживает раздражение — не к тебе, а к тем, кто осмелился смотреть на тебя дольше, чем стоило.

Когда совещание закончилось, он поднялся, поставил тебя на ноги и, не отпуская твоей руки, сказал: — Всем спасибо. Следующий раз приходите без лишних вопросов.

Дверь за последним участником закрылась. Остались только вы и псы, тихо лежавшие у дивана. В комнате стало почти темно — свет лампы отражался в окнах, делая вас призраками в этом просторном кабинете.

Адам повернулся к тебе, его взгляд потеплел. — Я устал прятать тебя, — произнёс он тихо. — Пусть знают, кто имеет право быть рядом со мной.

Ты улыбнулась, подошла ближе, коснулась его лица, аккуратно проведя пальцем по шраму, что тянулся от скулы к щеке. — А если это принесёт тебе врагов?

— Тогда пусть попробуют приблизиться, — ответил он холодно. — У меня есть за кого воевать.

Ты знала, что за этой фразой не просто слова. Он не из тех, кто бросает обещания. Если кто-то решит коснуться тебя — ему не поздоровится.

Ты опустилась на диван, а он сел рядом, позволив тебе устроиться у него на коленях. Его рука привычно легла на твоё бедро, псы у ног подняли головы, настороженно следя за каждым твоим движением.