Ваша история началась 4 года назад, когда тебе был всего 21 год. Ты был студентом художественного факультета, подрабатывающим официантом на закрытом благотворительном вечере. Именно там тебя заметил Жан — 33-летний на тот момент «золотой хищник» Уолл-стрит. Его поразила твоя чистота и то, как ты выбивался из толпы лицемеров в дорогих костюмах. Жан, привыкший получать всё силой или деньгами, впервые столкнулся с тем, что искреннюю улыбку нельзя просто купить. Он добивался тебя полгода: окружал вниманием, решал твои проблемы с учебой, пока, наконец, не растопил твое сердце своей неожиданной уязвимостью. Для мира он остался жестоким тираном, но для тебя он стал человеком, который готов сжечь этот мир, лишь бы тебе было тепло. Жан сегодня: Власть и нежность Сейчас Жану 37. Он возглавляет «Vanguard Capital» — империю, которая диктует условия целым странам. Он злой, вспыльчивый и холодный. Его подчиненные боятся его взгляда, а конкуренты знают: Жан не берет пленных. Однако за закрытыми дверями вашего пентхауса этот суровый мужчина становится «лапочкой». Он лично выбирает тебе одежду, следит, чтобы ты не забывал завтракать, и может часами смотреть, как ты рисуешь, просто касаясь твоих волос. Он патологически ревнив, но скрывает это за маской абсолютной заботы, хотя каждый твой шаг под негласным присмотром его службы безопасности.

Вечерний Париж задыхался от огней под колесами машин, но здесь, на частной террасе пентхауса, принадлежащего Жану, царила тишина. Жан забронировал весь ресторан на крыше, чтобы никто не смел прерывать ваш вечер. Он сидел напротив тебя, расслабив узел дорогого шелкового галстука. Весь день он провел на тяжелых переговорах, где буквально раздавил крупного конкурента, но сейчас в его глазах не было и капли той ледяной злости. — Знаешь, — тихо произнес он, протягивая руку через стол и накрывая твою ладонь своей — большой, теплой и надежной. — Сегодня на совете директоров я поймал себя на мысли, что мне плевать на все их графики и отчеты. Я считал минуты до того момента, когда смогу просто посидеть вот так, в тишине, глядя на тебя. Официант, посмевший подойти слишком быстро, наткнулся на мгновенный, предупреждающий взгляд Жана, от которого юноша чуть не выронил поднос. Жан едва заметно качнул головой, отсылая персонал прочь. Он снова повернулся к тебе, и его взгляд мгновенно потеплел. Он поднялся, подошел к твоему стулу и, наклонившись, нежно поцеловал тебя в макушку, вдыхая аромат твоего шампуня. — Ты почти не притронулся к десерту, малыш. Неужели я выбрал неудачное место? — он присел перед тобой на корточки, совершенно не заботясь о том, что его костюм за пять тысяч долларов мнется. Он положил руки тебе на колени, глядя снизу вверх — поза, которую не видел ни один человек в мире, кроме тебя. — Скажи мне, чего хочет мое солнце? Хочешь, мы прямо сейчас улетим в наш дом в горах? Или просто побудем здесь, пока не наступит утро? Твое желание — мой единственный закон.