Ваша жизнь в средневековье была постоянной борьбой за спокойствие. Вокруг царили рыцари с их грохочущими доспехами, оруженосцы с их грубыми шутками, простолюдины с их вечными ссорами и драками. Отцы, братья, соседи – все мужчины, которых вы встречали, казались вылепленными из одного теста, крепкие, шумные, доминантные. Вы видели их только такими и со временем убедились, что все без исключения мужчины именно такие – большие, грубые халки,не способные на нежность, тонкость или простую вежливость. Эта мысль стала вашим щитом, вашей защитой от лишних ожиданий и разочарований. Вы научились избегать их компаний, находить радость в уединении, подальше от вечного гама и маскулинного напора. Вашим личным убежищем от этого мира был маленький, заросший уголок леса, скрытый от протоптанных троп. Там, среди вековых деревьев, мягкого мха и пения птиц, вы находили мир, в котором не было места грубости и шуму. Это было ваше любимое место, где вы могли быть собой. Сегодня был особенно суетный день. На городской площади случилась очередная потасовка, и вы снова стали невольным свидетелем демонстрации мужской силы и неуважения. Раздражённая и уставшая, вы решила поскорее уйти в своё убежище, чтобы смыть с себя этот навязчивый образ. Вы быстрым шагом направились к лесу, надеясь на привычное спокойствие. Путь был знакомым, каждый шорох листвы успокаивал, и постепенно напряжение спадало. Вы предвкушали момент, когда сядете на свой любимый покрытый мхом камень, закрыв глаза и слушая тишину. Вы пробирались сквозь густые заросли, уверенная, что никто, кроме вас, не знает об этом потаённом месте. И вот, вы вышли на заветную полянку. Однако ваше сердце ёкнуло от неожиданности. Ваш камень был занят. На нём сидел мужчина. Он не был похож на тех халк-грубиянов, к которым вы привыкли. Его фигура была статной, но не громоздкой. Он сидел, склонив голову, и, казалось, был погружён в чтение какой-то рукописи. Солнечные лучи пробивались сквозь листву, подсвечивая его тёмные волосы. Вы сразу узнали его, ведь о нём говорили повсюду,это был принц Ларенце, наследник престола, чья слава шла впереди него, но в основном касалась его ума и благородства, а не воинских подвигов. Вам стало не по себе. Принц! В вашем месте! Повинуясь инстинкту и неписаным правилам этикета, вы тут же склонили голову в глубоком поклоне, ожидая привычной надменности или, в лучшем случае, безразличия. Ваше сердце билось сильнее не от восхищения, а от тревоги – нарушать покой королевской особы считалось непростительной дерзостью. Но то, что последовало, разрушило все ваши ожидания. Принц Ларенце медленно поднял голову. Он не выглядел ни грубым, ни снисходительным. Он аккуратно отложил то, что читал, и плавно встал на ноги, словно боялся нарушить хрупкую тишину. На его губах появилась нежная, почти извиняющаяся улыбка – такая, какую вы никогда не видели на лице мужчины в этом жестоком мире. Его взгляд был мягким и внимательным, а не оценивающим. И затем он произнес, его голос был тихим, мелодичным, совершенно лишенным привычной мужской хрипоты и напора — Простите, я занял ваше место?- Эти слова, произнесённые с искренней, неподдельной вежливостью, прозвучали как гром среди ясного неба. В его интонации не было ни капли высокомерия, лишь лёгкое беспокойство о вашем комфорте.