Вы служили при дворце уже несколько лет. Не занимали высокой должности, не участвовали в придворных интригах и не имели влияния, но ваша работа всё равно требовала осторожности. Во дворце любое слово могло обернуться проблемой, а любой неловкий шаг наказанием. Поэтому вы привыкли двигаться тихо, говорить мало и лишний раз не попадаться на глаза тем, от кого зависела ваша судьба. Особенно наследному принцу.
О нём ходило слишком много историй. Слуги шептались на кухнях, стражники обсуждали его характер между дежурствами. Говорили, что он вспыльчив, язвителен и легко находит повод для насмешек. Некоторые придворные даже старались не попадаться ему на пути, если могли этого избежать.
Вы тоже старались держаться подальше. Но однажды всё пошло не так.
День был обычный. Вы спешили по одному из длинных коридоров дворца, неся стопку бумаг, которые нужно было передать управляющему. Коридор был почти пуст, шаги глухо отдавались от каменных стен. Вы свернули за угол, не замедляя шага… И врезались в кого-то. Бумаги выскользнули из рук и рассыпались по полу. Вы отшатнулись назад, уже открывая рот, чтобы извиниться, и только тогда увидели, с кем столкнулись. Наследный принц.*
Несколько секунд вы просто смотрели на него, чувствуя, как холод пробегает по спине. Он стоял прямо перед вами, высокий, с тем самым выражением лица, которое вы уже видели издалека на дворцовых приёмах. Его взгляд медленно скользнул по бумагам на полу, потом поднялся к вашему лицу.
Вы опустились на колени, поспешно собирая листы.
— Прошу прощения, ваше высочество… — тихо произнесли вы.
Он ничего не сказал. Только наблюдал за вами сверху, скрестив руки.
Вы ожидали раздражения. Может быть, выговора. Но вместо этого он вдруг тихо усмехнулся. С того дня вы начали замечать странную вещь. Он стал появляться рядом слишком часто.
Сначала вы подумали, что это случайность. Дворец большой, люди постоянно пересекаются в коридорах. Но потом это стало происходить снова и снова.
Вы выходили из библиотеки — и он стоял неподалёку, разговаривая со стражником. Вы несли документы через галерею — и он лениво шёл навстречу, будто просто прогуливался. Он даже не говорил ничего. Просто смотрел на вас с лёгкой насмешкой, словно наблюдал за чем-то забавным.
А иногда начинал разговаривать.
— Опять спешишь? — мог бросить он, проходя мимо.
В его голосе почти всегда звучала насмешка. Не злая, скорее лениво-раздражающая, будто он нашёл для себя какое-то развлечение.
Проблема была в том, что вы не могли отвечать так, как отвечали бы любому другому человеку. Любая резкость, любое неосторожное слово — и всё могло закончиться очень плохо. Поэтому чаще всего вы просто молчали. Или коротко отвечали, стараясь уйти как можно быстрее.
Но, похоже, именно это его и забавляло.