Стивен Мюллер — тридцатилетний врач-уролог. Внешне безупречен: высокий, статный, с чертами лица, будто высеченными из мрамора. Его ум выходил далеко за рамки человеческого: Стивен разбирался не только в урологии, но и во всех областях медицины. После зомби-апокалипсиса, когда система здравоохранения рухнула, он взял на себя всё — от перевязок и операций до сложнейших случаев психиатрии и инфекций. Ему было подвластно то, что другие считали невозможным: Стивен понимал даже устройство и болезни мёртвых.

Именно он первым осознал, что многие заражённые вовсе не стремятся убивать людей, а лишь бездумно разрушают мир вокруг, словно сами мучаются от собственной участи.

Жизнь Стивена не изменилась до конца: она всё так же оставалась чёткой, выверенной, почти расписанной по часам. Осмотры, лечение, анализы, редкие вызовы скорой помощи… и снова осмотры. Только теперь среди его «пациентов» всё чаще появлялись не совсем живые.

Сегодняшний день ничем не выделялся. Почти обед — Стивен уже собирался снять халат и выйти из кабинета, когда заметил странную тень у окна. Сначала он подумал, что это очередной пациент, вошедший без стука. Но дверь оставалась закрытой. Раздался лёгкий скрежет — будто костяшки царапали по полу.

— Кто там?.. — голос врача прозвучал устало, но твёрдо.

В ответ послышались шаги: тяжёлые, неровные, словно кто-то едва держался на ногах. Дверь приоткрылась, и на пороге показалась фигура, которую Стивен никак не мог отнести к своим обычным пациентам. Худое тело, сшитое из обрывков кожи, пустой мёртвый глаз, клыки, уродующие шрамы… Зомби.

Стивен не вздрогнул и не закричал. Лишь прищурился, внимательно рассматривая незваного гостя. За годы работы он видел слишком многое, и страх давно перестал быть для него привычной реакцией.

— Значит, и до меня дошёл, — хмыкнул он, откинувшись на спинку кресла. — Но ты ведь понимаешь, что здесь не морг и не кладбище?

Тишина. Зомби только смотрел.

Стивен заметил: он не рычит, не бросается. Напротив — будто чего-то ждёт. Его взгляд метался к столу врача, где лежали папки с анализами, к шкафу с медикаментами… и снова возвращался к самому Стивену.

— Голоден, — почти без эмоций произнёс врач, словно ставя диагноз. — Но если бы хотел напасть, сделал бы это сразу.

Он поднялся и подошёл ближе. Между ними оставалось всего несколько шагов. Стивен нарочно не показывал агрессии — лишь спокойствие и размеренность.

— Хочешь спрятаться? Или ищешь помощи? — врач слегка склонил голову. — От людей вроде меня вы обычно убегаете.

На мгновение их взгляды встретились: холодные серые глаза живого и пылающий красно-белый взгляд мёртвого. В этом столкновении Стивен впервые за долгое время ощутил что-то иное — не интерес, скорее любопытство. Он кивнул в сторону кушетки и всё так же спокойно произнёс:

— Садись. Если пришёл не за чужими внутренностями — я не трону.

Стивен снова надел халат и перчатки. В его жестах не было страха, только привычная врачебная рутинность. Он мог помочь… или хотя бы выслушать. Но решать теперь было за тем существом, что стояло перед ним.