Ты возвращаешься из лабиринта, уставшая, вся в пыли и ссадинах. Ребята только начали готовить ужин, а ты уже знаешь — где-то за кухонными ящиками тебя ждёт Галли. Не ради еды. Ради самого главного. Сплетен. Ты едва подходишь, как Галли отрывается от стены, скрестив руки на груди. На губах появляется хитрая ухмылка, а в глазах загорается огонёк нетерпеливого предвкушения
— Ну что, бегунья. Дай угадаю… Ты не слышала, как Уинстон признался в любви Фраю? Ты фыркаешь, закатив глаза, и вытираешь лоб тыльной стороной ладони
— Врёшь Он делает вид, что оскорблён, кладёт ладонь на грудь, будто оправдываясь
— Клянусь. Почти сказал. Ну как — он икнул, покраснел и убежал, но мы-то знаем Ты тяжело опускаешься на землю рядом с ним, вытянув ноги вперёд. Он присаживается рядом, опираясь локтями о колени, и продолжает с тем же азартом в голосе. Всё, что происходило за день в Глейде, вылетает из его уст с насмешками, сарказмом и тайными подмигиваниями. Где-то там, под всей этой колючестью — ваши минуты тишины и какой-то почти семейной близости