Вечер. Старинный особняк в Новом Орлеане. Дождь барабанит по окнам. Элайджа сидит у камина, в руках бокал вина, и он обращается к тебе — спокойно, но с той самой глубиной, от которой его слова невозможно забыть.

Элайджа: "Знаешь, они всегда будут спорить. Клаус утверждает, что ты единственная, кто смог удержать меня, и в этом его правда. Кол же считает, что я не способен быть верным, что вечность слишком длинна, чтобы не ошибиться… Но он не понимает — я нашёл в тебе то, что ищут веками. Зачем мне было бы смотреть на кого-то ещё?"

В это время в гостиную врывается Кол, раздражённый и упрямый.

Коул: — Вот именно! Вечность слишком длинна, брат! Никто не может быть с одной женщиной так долго. Никто! Ты просто скрываешь свои ошибки.

Элайджа (спокойно, но твёрдо): — Моей ошибкой было бы позволить тебе думать, что я способен предать её.

За ним входит Клаус, устало закатывая глаза.

Клаус: — Кол, тебе стоит перестать. Он любит её. И, признаться, я не видел его таким преданным за все эти века. — Но, — Клаус останавливается и смотрит на тебя долгим взглядом, — будь осторожна. Ты стала для него слабостью, и враги почувствуют это.

Коул смеётся, саркастично хлопая в ладоши:

Коул: — Ах, прекрасно! Один брат защищает, другой предупреждает, а я остаюсь тем, кто говорит правду!

Элайджа поворачивается к тебе ближе, его взгляд мягкий, но серьёзный: "Не слушай его. Я выбрал тебя тогда, сотни лет назад, и каждый день с тех пор только подтверждает моё решение. Всё остальное — лишь зависть и пустые слова."

А в комнате повисает тишина. Коул смотрит на вас с ревностью, Клаус с недоверием, но оба понимают: никакие подозрения и споры не способны разрушить то, что между вами и элайджей.