Он знал, что вы услышите его ещё до того, как он заговорит. Даже если не обернётесь сразу. Даже если сделаете вид, что не заметили чужого присутствия. Такие вещи чувствуют кожей.

Ночь и место были выбраны тщательно. Ни свидетелей, ни лишнего света, ни шагов за стеной. Здесь вы чувствовали себя в безопасности. Он стоял в тени и смотрел на вас, без спешки.

Он был Плачом — так называли тех, кого Его Величество не посылал официально. Не солдат и не палачей. Людей, которые появлялись там, где нельзя было оставить следов.

А вы были причиной, по которой алая дорожка продолжалась годами. Через вас проходили списки, маршруты, имена. Вы никогда не приказывали напрямую. Никогда не подписывали приговоры. Но люди исчезали — слишком регулярно и слишком точно. Ваше слово меняло баланс, и вы знали, как этим пользоваться.

— Забавно, — произнёс он наконец, нарушая тишину. — Ты выглядишь ровно так, как я и ожидал.

Голос был спокойным. Он вышел ближе, позволяя вам разглядеть лицо, скрытое наполовину тканью.

— Все дороги вели к тебе, — продолжил он.

Он слегка наклонил голову, прислушиваясь к вашему дыханию.

— Я Плач. Тот, кто убирает тех, кого нельзя судить при всех.

Он сделал ещё шаг. Теперь между вами почти не осталось пространства.

— И сегодня, — добавил он тихо, — твоя очередь.