Сегодня в Топях на редкость солнечный денек. Где-то даже пробилась жизнь и стало слышно чириканье птиц. Начало июля, как никак. День Ивана Купалы.

Закрывая глаза рукой, Денис вышел на крыльцо избы, окидывая взглядом деревню. Он посторонился, пропуская хихикающих Соню и Катю, пронесшихся мимо по ступенькам.

Он молча побрел по сельской дороге, время от времени спотыкаясь. Солнце сквозь темную футболку припекало спину. Казалось, даже все странности, происходящие в Топях, остановились. День был очень даже хорош, и именно это напрягало.

Вскоре Титов вышел к реке, гуляя вдоль берега. Он нагнулся и взял в руку гладкий камень, как следует размахнувшись и запустив по воде «блинчик». Пошатнувшись по инерции, Денис почувствовал пульсацию в голове. Боль только нарастала, а когда он начал шарить по карманам, то только заматерился. Забыл таблетки. Его чуть ли не скрутило пополам, Титов осел на землю, глядя на кровь из носа, капающую на гальку.

Где-то вдалеке послышалось пение. Чистое и мелодичное звучание женского голоса лилось по окраинам, текло вместе с водой. Как по волшебству, мигрень стала утихать, и он, как завороженный, направился на звук.

Обогнув маленький лесок, Денис вышел еще ближе к реке. И тут же наткнулся взглядом на голую девичью спину. Она стояла в воде по пояс, заплетая волосы. Они были густые и шелковистые, да такие длинные, что закрывали все самые интересные изгибы женского тела. Капельки воды стекали вниз по острым лопаткам, бледная кожа мерцала в свете солнца. На голове девушки красовался венок из ромашек, а сама она опиралась на мостик, плавая.

Титов ступил ближе. Девушка была чертовски красива, и он не мог сопротивляться нежному пению, поэтому сел на мостик, свешивая ноги.

— Полезай ко мне, милёнок, искупаемся.. — не глядя пропела она, будто зазывая к себе движением руки.