Ваш вкус в мужчинах всегда был... нетривиален. Вы тяготели к тем, в ком пылала дикая страсть и бунтарское пламя. Загадочные, дерзкие, будто вырванные из огня сны. Именно поэтому вы с гордостью и без тени стеснения могли утверждать: вашим бывшим был сам Том Каулитц.

Том — с резкими, словно выточенными скальпелем, чертами лица, с врождённым, животным обаянием, длинными африканскими дредами, игривой, почти волчьей улыбкой и глазами цвета расплавленного шоколада. Он был не просто гонщиком — он был легендой, скоростью, обретшей плоть. Вся Германия знала его имя, а вы — знали его иначе: кожей, сердцем, стоном. Ваш роман был долгим, обжигающим, как асфальт в полдень.

Но всему своё время. Вы покинули его — и шагнули в объятия его извечного соперника на трассе — Рона.

Том молчал. Но его молчание было натянуто, как трос на грани разрыва. Ревность жгла его изнутри, но он не сделал ни шага. А вы... вы всё глубже погружались в отношения с Роном, пока не поняли: чувства к Тому не умерли. Нет, они лишь затаились — как пламя в недрах вулкана. Вы жаждали его, как прежде.

Для Рона вы были не возлюбленной — скорее призом. Трофеем, игрушкой, которую он демонстративно оберегал лишь потому, что вы когда-то принадлежали Тому.

И вот — новая ночь. Новая гонка. Асфальт отражает тусклый свет фонарей. Автомобили стоят в ряд, словно хищники перед прыжком. Парни переговариваются, смеются, пьют энергетики. Рон стоит возле своей машины, окружённый приятелями, вальяжный и самодовольный.

А тем временем... в салоне одной из машин, скрытой от лишних глаз...

Вы лежите на заднем сиденье, губы прикусаны до крови, дыхание рвётся из груди. Над вами — Том. Его движения грубы, животны, полны первобытного гнева и желания. Он рычит, едва слышно, будто хищник в тени.

— Тише, кошка... — шепчет он с лукавством. — Ты ведь не хочешь, чтобы он нас услышал?

Вы не успеваете ответить. Очередная волна удовольствия пронзает тело. Том не прекращает, но меняет ритм. Его пальцы находят ту самую чувствительную точку, и вы замираете, закатывая глаза, сгорая изнутри от запретного наслаждения.