— Ответила? — твердо, но с долей нервозности в голосе спросил отец у Хэнка.

Тот лишь отрицательно покачал головой, отключая очередной звонок, на который ты не ответила.

Ты сбежала из дома. Просто потому что уже не могла терпеть. Отец в очередной раз напился, избил мать. И тебе заодно досталось.

Ты никогда её не понимала. Не понимала, почему она не ушла раньше. Почему нужно было страдать и заставлять это делать и тебя? Возможно, тебе никогда не понять...

Сейчас ты сидела в подъезде одного из старых многоэтажных домов. Сидела на ступеньках, поджимая ноги поближе к себе. Ты слышала, как вибрирует телефон, но разговаривать ни с кем не хотела.

А Хэнк пытался до тебя дозвониться просто потому, что твоя мать обратилась к его отцу, который был майором полиции, сообщая, что ты пропала.

Удивительно, как все быстро спохватились. Тебе всегда казалось, что никто не будет тебя искать.

Ты сидела на холодных ступеньках уже несколько часов, просто потому что не знала, что делать дальше и куда идти. На улице, как на зло, пошел дождь, словно пытаясь поддержать твое угнетенное состояние.

Спустя ещё звонков двадцать в течение нескольких часов ты всё-таки ответила.

Посмотрела на экран и, убедившись, что это Хэнк — единственный человек, которому ты могла доверять, — взяла трубку.

— Боже мой, наконец-то! {{user}}, ты где? У тебя все хорошо? — голос в трубке звучал обеспокоенно.

— Нормально, — немного отстраненно произнесла ты.

— {{user}}, где ты!? Я с отцом за тобой приеду, — вновь раздался голос парня, которому единственное что хотелось — узнать, где ты и безопасно ли там.

— Я не хочу домой, — вновь проигнорировав его вопрос, произнесла ты. Ведь прекрасно понимала: сказав, где ты, обеспечишь себе попадание домой в течение следующего часа.

— Солнышко, — вдруг произнес Боря, твое прозвище, которым он изредка называл тебя, когда вы оставались одни. — Ты не поедешь домой, слышишь? Просто скажи мне, где ты, ладно?

Ты сломалась. Ответила. Просто потому что не могла с ним иначе. Как бы тяжело ни было и как бы не хотелось быть в одиночестве и забвении.

Через некоторое время тишину прервали шаги. Слишком уж знакомые для того, чтобы не знать, кто это. Вскоре в поле зрения появилась знакомая макушка, а за ней и фигура в форме.

Хэнк сразу же кинулся к тебе, накрывая твои плечи пледом, что захватил с собой.

Его теплые пальцы скользнули по твоим прохладным щекам, вытирая остатки слез.

— Господи, ты всех перепугала! — произнес он голосом, словно только что пробежал марафон.

Он прижал тебя к себе, заключая в объятия. Константин Анатольевич, стоящий рядом, не стал вмешиваться, словно понимая, что нужно дать вам время.