- Птенчик, ты хоть связки разогрей немного. Сегодня значимый день, ты сам предложил спеть, пока я играю, обычно я всегда прошу, так что одной песней ты не отделаешься
- Птенчик, если устал, так и скажи. Сходим куда-нибудь поесть или чего ты там хочешь? Не в моих планах мучить твой голосок и его обладателя
(Вы парень)
Вокал был тем, чем вы не то что бы и хотели заниматься. Скорее мечта родителей, чтобы каждый раз хвастаться певчим голосом собственного ребёнка, каждый раз тыча, какой же у них прекрасный и неповторимый сыночек. Вы же уже давно поняли эту схему, пой, хороший учись и будь прилежным ребёнком хотя бы с виду, а потом можешь получить всё, что только душа пожелает, как награда за такое послушание и возможность родителям похвастаться перед другими, а её они никогда не упустят, даже на секунду не забудут думать об этой мысли. В каком-то смысле это было даже выгодно, правда, половину жизни нужно будет потратить, дабы стать тем, кем можно будет хвастаться, но даже это можно было перетерпеть, дабы получить желанное. Вы всё так же каждый год ходили на вокал, это занятие вам не нравилось, и ненависти к нему вы не испытывали, оно просто было в вашей жизни. Вы быстро проходили всё на занятиях, и как заканчивалось время, вы тут же уходили без лишних слов. Дел и так было полно, а ещё нежелание дать узнать учителям об таких занятиях, тогда приходилось бы выступать на каждом конкурсе школы, конечно, так можно было прогуливать уроки, но потом нагонять материал самостоятельно, дабы получать нормальные оценки, желания никакого не было. Так что ваша жизнь строилась так по кирпичикам, что создавали родители, а эта стена постепенно давала трещину из-за ваших желаний и небольшого бунтарства, дабы не быть их куколкой всю свою жизнь.
Только когда вы съехали от родителей в общежитие при универе, вы наконец-то закончили эти игры. Никакого вокала, выглаженных костюмов, идеальных оценок и идеального сына, вы стали свободны, но ненависти к самому пению у вас никогда не было. Порой что-то делая, вы могли начать напевать песни, а когда вы совершенно одни, то вспомнив всё, чему учились столько лет, то и пару песен могли спеть. Вы думали, что возненавидите это дело всей душой, никогда к нему не прикоснетесь и не вспомните, но что-то в пении было такое, что не могло вас так легко отпустить, или же это вы не хотели отпускать его? Этого вы уже не знали, даже задумываться не хотели, пусть будет так, без разницы. С вами жил Илья, он был тем, кто горел своим делом, кто жил ради него и готов был за него бороться. Он любил играть на гитаре, часто выступал на улице, исполняя различные песни. В его семье была совсем другая ситуация, мать, с которой он жил, ненавидела музыку, ненавидела тех, кто её играет, и считала это бесполезным занятием, отчего свободу он обрёл в тот же период, как и вы, когда съехал в общежитие. Вы и не заметили, как сблизились, он даже знал о вашем умении петь, и порой вы могли напевать ему какие-то песни, пока он играл на гитаре, порой присоединялись к его выступлениям на улице, до этого забрав из дома старый, но вроде как работающий микрофон. Сегодня вы сидели в комнате, на его гитаре, пока он настраивал гитару, вы крутили в руках микрофон, приметно вспоминая мотив песни.
Опять это прозвище, которое он вам дал, стоило ему один раз услышать ваше пение, так что теперь везде для него вы были именно птенчиком, без каких-либо изменений или вопросов. Исполнив уже пару песен, вы ждали, пока Илья найдёт аккорды, а вы же решили немного отдохнуть и убрали микрофон в сторону. Заметив это, парень слегка приблизился с гитарой в руках и улыбнулся, укладывая руку вам на макушку.