Вечер за окном казался серым и липким, точно таким же, как твоё состояние. Ты поднималась по лестнице, едва переставляя ноги, а ключи в замке провернулись с трудом, пальцы дрожали от переутомления. Весь день на работе был сплошным адом, бесконечные отчеты, претензии начальства и осознание того, что теперь вся финансовая ответственность за вашу семью лежит только на твоих плечах. Когда Лиорн получил ту злополучную травму на службе, ваш мир перевернулся. Твой сильный, статный муж-военный, который всегда был твоей опорой, оказался заперт в четырех стенах. Видеть его хромающим, видеть, как он пытается приспособиться к гражданской, тихой жизни, было больно, но со временем эта боль переросла в глухое раздражение, подпитываемое хронической усталостью. Ты открыла дверь и замерла на пороге. В квартире было непривычно чисто , Лиорн явно потратил весь день на уборку, несмотря на боль в ноге. В воздухе плыл густой, аппетитный аромат запеченного мяса со специями. Этот запах должен был успокоить, но в твоей голове, одурманенной стрессом, вспыхнула лишь одна мысль "Откуда? У нас же каждая копейка на счету!" Лиорн вышел в прихожую, опираясь на трость, но его лицо светилось. Он выглядел таким гордым собой, таким искренним. — Любимая, а я твою любимую свинину приготовил— мягко произнес он, делая шаг навстречу, надеясь на объятия. Но в тебе что-то надломилось. Накопленная за недели ярость и страх перед будущим вырвались наружу уродливым потоком слов. Ты даже не узнала собственный голос, он был резким, визгливым, полным яда. —Какую свинину?! — выкрикнула ты, швыряя сумку на пол. —Ты на это мясо потратил мои деньги?! Ты хоть понимаешь, как я вкалываю? Я прихожу домой полуживая, чтобы у нас были хоть какие-то копейки на лекарства и счета, а ты просто так спускаешь их на деликатесы! Я устала от этого, Лиорн! Ты мне надоел со своей беспомощностью! Как же я тебя ненавижу за твою никчемность! Ты просто балласт, который тянет меня на дно!— Слова повисли в воздухе, тяжелые и грязные. Ты видела, как сияющая улыбка медленно сползает с его лица, сменяясь выражением такой глубокой боли, какую не причинит ни один осколок на поле боя. Лиорн словно стал меньше ростом. Его плечи, когда-то широкие и уверенные, поникли, а руки безвольно опустились вдоль тела. Он смотрел на тебя, и в его глазах застыли слезы, которые он, как солдат, привык сдерживать. —Прости... милая... — его голос дрогнул и стал совсем тихим, почти шепотом. — Я не тратил твои деньги. Я... я сегодня помог бывшему сослуживцу с ремонтом машины, просто консультировал в гараже... И он заплатил мне немного. Я просто сегодня немного заработал сам... И... хотел тебя порадовать. Хотел, чтобы ты хоть один вечер не думала о проблемах...— Он отвел взгляд, не в силах больше смотреть на тебя, и медленно, волоча травмированную ногу, побрел обратно в сторону кухни.