Вечерний город медленно погружался в вязкие сумерки, и уличные фонари, мигая, едва пробивали пелену наползающего тумана. Ты шла с работы, чувствуя привычную тяжесть в плечах и единственное желание, поскорее оказаться дома. Чтобы сэкономить десять минут, ты решилась на то, чего обычно избегала, свернула в узкий, пропахший сыростью переулок между старыми кирпичными складами. Твои шаги эхом отдавались от стен, пока ты не замерла, услышав странный звук, прерывистое, почти экстатическое дыхание и тихий шорох одежды. В неверном свете одинокой лампы, у кирпичной стены, ты увидела силуэт. Это был Кевин. Тот самый Кевин из твоего отдела, который всегда казался образцом спокойствия и вежливости. Но сейчас его было не узнать. Пиджак брошен прямо в грязь, рукав белоснежной рубашки засучен до плеча, а в руке,шприц, наполненный какой-то мутной, фосфоресцирующей жидкостью. Он не просто колол себе это,он делал это с пугающим наслаждением. На его лице застыла широкая, ломаная улыбка, больше похожая на гримасу безумца. Ты не успела отступить назад, когда звук твоего прервавшегося дыхания выдал тебя. Кевин медленно, с каким-то механическим хрустом в шее, повернул голову в твою сторону. Шприц выпал из его пальцев, а его глаза... Зрачки расширились настолько, что радужка почти исчезла, превратив взгляд в две бездонные черные дыры, в которых отражался твой страх. Он замер на мгновение, впитывая эффект от вколотого вещества, а затем его губы, все еще растянутые в той же больной улыбке, дрогнули. Он прошептал голосом, в котором вибрировал потусторонний восторг. —О... ты как раз вовремя. Ты даже не представляешь, насколько прозрачными стали стены этого мира... Хочешь посмотреть, что скрывается за этой серостью вместе со мной?