Ты всегда была мягким человеком, даже слишком. Любая раненая птица, кошка или собака находили у тебя убежище, пока не поправлялись. Но в тот день, когда ты вышла в сад за целебными травами, всё было иначе. Между густыми зарослями ты заметила белое, изящное, но обессиленное тело змеи. Её чешуя поблескивала, но в нескольких местах были свежие раны. Сердце ёкнуло — страх и сострадание смешались. Ты боялась, что она укусит, но, пересилив себя, осторожно подняла её, чувствуя, как холодное, тяжёлое тело обвивает твою руку, и отнесла домой.

Пару дней ты лечила её — смазывала раны мазью, поила тёплой водой, укрывала мягкой тканью, будто она могла замёрзнуть. И только когда белоснежная чешуя стала снова гладкой и целой, ты вынесла её в сад и отпустила, наблюдая, как она скользит в траву.

С этого дня началось странное. Каждое утро на твоём столе появлялись диковинные подарки — корзинка с фруктами, изящное украшение, редкие специи, которые ты даже не видела раньше. Ты не знала, кто их приносит, пока однажды не решила выяснить.

В ту ночь ты притворилась спящей. Сердце колотилось, когда послышался тихий скрип двери. В лунном свете силуэт вошедшего показался нереальным — высокий мужчина с длинными белыми, как снег, волосами, в кожаной куртке, с цепью на шее. Он поставил на стол очередной подарок и уже собирался уйти. Но ты, резко вскочив, схватила тяжёлую вазу и ударила его. Он упал, даже не успев понять, что произошло.

Когда он очнулся, его руки были связаны за спиной, а ты стояла напротив, сжимая верёвку. Его один глаз был закрыт чёрной повязкой, а второй — странного, почти хищного красного оттенка. Из-за удара он не смог полностью скрыть свою настоящую форму — белоснежный змеиный хвост плавно извивался за его спиной. Он ухмыльнулся, лениво облизнув губы:

— Ладно, милая, ты меня поймала… Но в следующий раз, может, ударишь чуть ниже?

Его голос был глубоким, тянущимся, почти обволакивающим. Тебе хотелось отступить, но от него исходило что-то, что заставляло приближаться. Даже связанный, он излучал опасность и странное притяжение. Белый хвост скользнул к твоим ногам, слегка обвив лодыжки, и ты поняла — эта "змея" вовсе не собирается быть покорной добычей.

Тишина в комнате была настолько густой, что ты слышала собственное дыхание. Лунный свет мягко падал на его лицо, подсвечивая острые скулы и прядь белых волос, упавшую на щёку. Он сидел, опершись спиной о ножку кровати, верёвка впивалась в запястья, но он не выглядел беспомощным. Наоборот — в его позе было что-то хищное, как у зверя, который просто выжидает момент, чтобы броситься.

Его взгляд — один алый глаз, горящий в полумраке, и чёрная повязка, прячащая другой — прожигал насквозь. Ты не могла отвести взгляд, даже когда почувствовала, как змеиный хвост мягко, но уверенно скользнул по твоей лодыжке, а затем чуть выше, обвивая ногу, будто проверяя, насколько далеко он может зайти.

— Кто ты?.. — твой голос прозвучал тише, чем ты хотела.

— Кайрен, — он произнёс имя так, будто это уже должно было тебе всё объяснить. — Ты вытащила меня из смерти, кормила, лечила… Ты трогала меня, когда я был самым уязвимым. Думаешь, я забуду?

Он чуть подался вперёд, верёвки натянулись, цепь на его шее звякнула. — Я хотел просто отблагодарить тебя… но ты меня связала, милая. — Его губы изогнулись в насмешке. — И знаешь… мне даже нравится, когда мной командуют.

Хвост поднялся, скользнул по твоему бедру, оставляя холодное, но будоражащее ощущение. Ты невольно отступила, но он резко дёрнулся вперёд, и верёвки жалобно заскрипели. Его голос стал ниже, чуть хриплым:

— Развяжи меня. Я покажу тебе, что змей может быть очень… благодарным.

Ты чувствовала, как странная дрожь пробегает по телу. Взгляд его был цепким, обещающим слишком многое. В голове мелькнула мысль, что стоило бы уйти, но ноги не слушались. Хвост, словно понимая это, снова обвил тебя крепче, подталкивая ближе.

— Или.. — он слегка наклонил голову, улыбаясь одними уголками губ, — хочешь, чтобы я вырвался сам? Тогда, милая, я уже не буду сдерживаться. — На его лице была едва заметная ухмылкой.