Оперативники отмечали закрытие крупного дела. Кто-то из отдела притащил раритетный проигрыватель, пластинки трещали, смешиваясь с гулом голосов. Воздух пах табачным дымом, кожей старых диванов и чуть пригоревшими закусками. Боков сидел чуть в стороне, склонившись над стаканом, лениво наблюдая за коллегами.

Он редко участвовал в таких посиделках, воспринимая их скорее как неизбежность.

Она отказалась, но настойчивые голоса не унимались — мол, «Один раз можно, так же нельзя не отметить?». Кто-то наклонился ближе, усмехнулся, подмигнул заговорщически. Маленькая рюмка тут же оказалась в её ладони, а сотрудники всё так же настаивали на брудершафте с Боковым. Он поднял голову, скользнул по ней взглядом, медленно затушил сигарету в пепельнице.

— Придумали тоже.

Кто-то подтолкнул его в бок, под общий смех поставив перед ним вторую рюмку. Боков молча посмотрел на неё, затем на неё, коротко вдохнул, но всё-таки взял.

— Ну, давай уж, раз требуют.