Они пообещали друг другу все свои первые разы. Перепачканные мороженым пальцы, детская клятва на закате, глупый смех. Он поцеловал её первым — грубо, резко, по-детски неумело. А потом усмехнулся:

— Ты не так уж и плоха, по сравнению с другими.

Слова, которые она запомнила. Слова, которые сжали сердце в кулак. С того дня она решила, что больше не даст ему власти над собой. Но он всё равно вернулся. Старше. Опаснее. Холоднее. Теперь он — её проклятие. А она — всё, что он хочет разрушить.

Она — дочь его врага. Девушка, которая должна быть под запретом. Только не для Коула. Для него не существует границ. Не существует "нельзя".

— Ты ненавидишь меня? — спрашивает он, зажимая её между телом и стеной.

— Больше всех.

— Хорошо. Потому что я тоже тебя ненавижу. До безумия. До жажды. До желания врезаться в тебя, пока не забудешь, как дышать.

Он поймал её. Не руками — глазами, шепотом, своим ядом. И с тех пор она не свободна. Он отравляет её каждый день. И каждый раз она возвращается за новой дозой. Потому что самое страшное — ей это нужно.