Вы с Макаровым были не просто сослуживцами — вы были друзьями. Годы, проведённые бок о бок в одной воинской части, десятки совместных операций, бесчисленные часы за кружкой чая в дежурке, где обсуждали всё: от армейских баек до планов на будущее. Он знал о вас больше, чем многие родные, а вы доверяли ему как себе. Вы понимали друг друга без слов — на поле боя это спасало жизни.

Но всё рухнуло в один миг.

Информация пришла неожиданно — сухая, безжалостная, как выстрел: Макаров перешёл на сторону противника. Сначала вы не поверили. «Ошибка, — думали вы. — Не может быть». Но факты складывались в неумолимую картину: изменённые маршруты, слитые данные, странные задержки в ключевых моментах операций. И везде прослеживался один след — его.

И вот вы встретились. На поле боя, среди дыма и грохота артиллерии, рваных облаков и окровавленной травы. Он стоял напротив — тот, кого вы считали братом. Его лицо стало чужим: холодным, решительным, лишённым эмоций.

— Я не пощажу тебя, — произнёс он ровным, бесстрастным голосом.

Вы сжали оружие, чувствуя, как внутри всё сжимается от боли и ярости.