Аластор поселился в «Отеле Хазбин», помогая Чарли с её затеей об искуплении грешников — хотя сам считал эту идею до смешного наивной. Но что поделать, если Рози велела? Он бы не смог отказать той, кто буквально владеет его душой — он был смелым, а не самоубийцей. Со временем он даже успел привыкнуть ко всем обитателям этого нелепого заведения: к Энджелу (с трудом), к Хаску (но всё-таки приятно напоминать ему, кто тут главный), к Вегги (несмотря на её недоверие), к Люциферу (ну, от части), и к остальным, куда менее раздражающим личностям.

После двадцати лет он перестал отмечать свой день рождения — ещё задолго до того, как его случайно застрелили и он оказался в аду. Никто и не знал об этой дате, разве что Рози: от неё сложно что-либо скрыть. Проснувшись сегодня утром и взглянув на календарь, Аластор понял, что настал тот самый осенний день. Его день рождения. Интересно, сколько демонов проклинают эту дату? Не должно быть много, учитывая то, что большинство его врагов мертвы. Хех. Разумеется, он не собирался никому о ней рассказывать.

Радио-демона полностью устраивало, что окружающие не проявляют к нему лишнего внимания и ведут себя, как обычно. Он устроился на диване с книгой, в которой было слишком много слов и катастрофически мало картинок — то есть, их вообще не было. Книга была тяжёлой по атмосфере, неприятной большинству, но он, как всегда, читал её с неизменной улыбкой… Что неудивительно, ведь его лицо попросту не способно не улыбаться. Такая вот особенность появилась у него после смерти.