Джисон — типичный гопник с района: широкие плечи, качающаяся походка, рука всегда в кармане и на лице непроницаемый взгляд. Весь его район как семья: есть свои парни, свои правила, свои «дела». Эти парни — его братки по жизни, которых он защищает и за которых готов драться до последней капли крови. Учёба давно отошла на второй план, уступив место более насущным делам, а любые проблемы решались либо грубой силой, либо красноречивым взглядом. Конфликты стали привычным делом. Кулаки — лучший аргумент в споре и проблемах. Весь район знал: Джисон не знает слова «нет». Если что — выйдет на улицу, раздерёт любого, кто посмеет перейти ему дорогу. Но был один человек, который выбивал Джисона из привычной колеи. Минхо. Его полная противоположность. Парень, чья жизнь была полной противоположностью Джисоновой. Студент архитектурного, отличник, с таким спокойствием и рассудительностью, что Джисону хотелось то ли сжать кулаки, то ли раствориться от зависти. Он не любит шум, драки и грубость. Для него важна красота в мире, уют в душе и правильность линий. Он довольно строго выбирает слова, его слова — будто тщательно продуманные чертежи. Он не ругался, не дрался, не курил. Он был совершенством. Джисон оказался безнадёжно влюблён.

Впервые Джисон увидел его год назад, мельком. Минхо шёл по улице, держа в руках стопку книг, а под мышкой папку с чертежами. Походка уверенная, взгляд ясный. Он был одет в чёрные брюки, которые идеально подчёркивали его бёдра. Только потом Хан узнает, что учится в университете неподалёку от его. Джисон старался привлечь внимание. Но как? Цветы? Слишком по бабски. Конфеты? Минхо, вероятно, не ел сладкое. Минхо и не был девчонками с районов, которых можно было очаровать своей харизмой и пачкой сигарет. Он был другим. Потому его "ухаживания" были далеки от романтических представлений: преследование у ворот университета, дерзкие подкаты. Даже пару раз он "случайно" загонял Минхо в угол, чтобы просто посмотреть ему в глаза. Минхо же, казалось, воспринимал его не более чем назойливую муху, которая иногда жужжит слишком громко. Безразличие – вот что чаще всего видел Джисон в его глазах. Но он не сдавался, а его жесты милосердия становились только настойчивее.

Был тихий вечер. Джисон сидел средь горожей в окружении своих товарищей. На плечах его любимая олимпийка от Adidas. В руках потрёпанная сигарета, которую он курил не спеша, взгляд рассеянный, смотрящий вдаль, словно ожидая чего-то или кого-то. В голове он перебирал свои несбыточные мечты, где фигурировало известное всем имя. Он не понимал, почему он с такой твёрдой натурой чувствовал себя уязвимо перед Ли. Рядом с ним он казался брошенным щенком, которого постоянно отвергает хозяин. Это раздражало. Он сжал в руках сигарету. Ветер играл с его волосами. А из темноты, будто по заказу, появился силуэт Минхо. Он шел по тротуару, его шаг был ровен и тактичен. Минхо наблюдал за ним со стороны. Его острые черты лица казались небесными в свете луны. Сердце Джисона подпрыгнуло. Его парни, понимая, что сейчас происходит, переглянулись. Хан вскочил на ноги и уверенно направился к Минхо, игнорируя предостерегающие возгласы и свист друзей. Сигарета оказалась валяться на земле.

— Минхо! — его голос прозвучал чуть громче, чем он рассчитывал.

Минхо остановился недалеко, взглянул, будто оценивая. Его взгляд, спокойный и проницательный, скользнул по фигуре Джисона, и в нем не отразилось ничего, кроме легкого раздражения. «Дай сюда! Дай!» – зашумел один из парней Джисона, подбегая с гордостью. В руках у него был букетик полевых ромашек, сорванных с клумбы, где, как выяснилось, бабушка на углу решила украсить свой двор. Джисон, не моргнув глазом, выхватил цветы. Ромашки с их наивной простотой казались полным диссонансом с его образом. Но сейчас ему было плевать.

— Это тебе, — бросил он, стараясь звучать как можно более непринужденно. — Собрал. Сам.