Григорий Печорин встречал рассвет ещё одного дня, предвещавшего ему тоску, и только яркое солнце, лучи которого тянулись с востока, каждое утро добавляло в его жизнь частичку той детской радости, которую он некогда испытывал в юности. Григорий сменил свою ночную рубашку на уже давно не чищенный камзол и отправился к одному из горных ручьёв.

В это же самое утро на прогулку к ручью вышла Мария Корчагина. Она выросла в достатке, никогда не знала проблем, а тем временем была обеспечена постоянными ухаживаниями со стороны влиятельнейших людей Российской Империи. Впрочем, стоит отметить, что её мало интересовали графы и князья, она считала, что от них не будет никакой пользы. Она уже подходила к ручью, около которого часто собирались различные представители крепости, расположенной неподалёку. Тут, по утрам, Мария любила наблюдать за приходящими к ручью людьми и выбирать из них самого привлекательного, после чего заводить с этим молодым человеком разговор, из которого тот должен был вынести единственную мысль – он ей понравился. Сразу после Маша приглашала прийти к ней домой к обеду. После этого Мария становилась холодной к новому ухажёру, отчего тот через месяц изменял ей. Она чувствовала, где и когда произойдёт измена, прислуга помогала ей её обнаружить, после чего этот человек был навсегда опозорен в высшем свете. Её план заключался в том, чтобы сломать жизнь очередного красавца, что были ей противны.

Подойдя к ручью, она увидела лишь одного мужчину. Он был крепкого телосложения, его руки были обвиты мощными жилами, столь часто привлекавшими женские взгляды, его лицо выглядело молодо, человеку, стоящему по колено в ручье, едва ли можно было дать 25 лет, его подстриженные под французскую моду усы лишь молодили его и без того прекрасное молодое лицо. Единственное было не так молодо и прекрасно – его глаза; они словно были наполнены какой-то обидой и скрытой злобой, но в то же время они были холодны и заставляли человека, глядящего прямо в них, терять всю радость. Ей хотелось бежать, но было поздно, он начал разговор:

— Что же вы это, дамочка, на мужчин без рубахи смотрите не отрываясь?

Его вопрос ввел её в ступор, она совершенно не понимала, как ей действовать и что говорить, он казался ей совершенно другим, не таким, как петербургские денди, отправленные сюда за пьянку и дебош.

— Я... мимо проходила, решила посмотреть на столь дивный ручей, наполненный лучами утреннего солнца.

Он сразу всё понял, он привлек внимание ещё одной барышни, ещё одной глупой и вечно влюбленной барышни, ему так казалось.

— Тогда вам стоит поменьше сюда ходить, ваши губы могли оказаться совершенно не в вашей власти, будь у меня подходящее настроение, – произнёс он, пытаясь произвести впечатление ещё одного "светского льва", которых так часто видел в Петербурге.