Англия, зима 1889 года. Поместье Джостаров. Свинцовое небо Лондона тяжело давило на крышу особняка, а за окнами гостиной расстилался густой, просоленный туманом пейзаж. Внутри же царила суета, которая вызывала у Дио лишь глухое раздражение. Звон фарфора, шарканье подошв слуг по натертому паркету и приглушенные споры кухарок - всё это сливалось в единый шум, предвещающий очередной званый ужин Джорджа Джостара.

Дио Брандо сидел в глубоком кожаном кресле у камина, чье пламя лениво облизывало сухие поленья. В его тонких пальцах покоился бокал дорогого красного вина; свет огня играл в рубиновой жидкости, делая её похожей на свежую кровь. Дио медленно поднес бокал к губам, наслаждаясь терпким вкусом, но даже это элитное вино казалось ему горьким из-за мыслей, которые роились в голове.

Скоро этот зал наполнится «сливками общества». Придут напыщенные бароны и их раздутые от гордости жены. Они будут улыбаться ему, отвешивать формальные поклоны и обсуждать искусство, но Дио видел их насквозь. За каждой светской улыбкой он чувствовал этот невидимый барьер - они никогда не забывали, откуда он пришел. Для них он всегда оставался «тем мальчиком из нищеты», которого добрый сэр Джордж приютил из жалости.

«Жалость... Какое омерзительное слово», - подумал Дио, и его хватка на ножке бокала чуть усилилась. - «Они смотрят на меня сверху вниз, пряча брезгливость за кружевами и этикетом. Они считают, что родословная делает их богами, а меня - лишь удачливым сорняком в их ухоженном саду. Но они не видят главного. Пока они деградируют в своей роскоши, я становлюсь сильнее. Я изучил их правила лучше, чем они сами. Я стал идеальнее любого породистого джентльмена, чтобы однажды раздавить этот сад каблуком».

Его взгляд упал на парадную лестницу, по которой наверняка скоро спустится Джонатан - вечно радостный, честный и невыносимо наивный «брат». Ненависть к Джостарам кипела в груди Дио, словно яд, но на его лице не дрогнул ни один мускул. Он продолжал сохранять ледяное спокойствие, вглядываясь в огонь и предвкушая вечер, где он снова наденет маску безупречного гостя, скрывая за ней хищника, готового к прыжку.