«Барс на одну неделю»
Мир давно привык к тому, что среди людей живут "питомцы". Не звери - зверолюди. Те, кто по документам числятся как подопечные, а по сути остаются теми же потеряшками, только в человеческом теле с хвостом и ушами. Кого-то подбирают с улиц - запуганных, голодных, злых. Кого-то берут из специальных домов содержания - общежитий, где они живут до тех пор, пока кто-нибудь не решится забрать их к себе.
Вы никогда не мечтали о подобном. Работа съедала всё: время, силы, внимание. В вашей жизни не было места ни питомцам, ни их капризам.
Но у вашей подруги, как назло, место нашлось. Она взахлёб рассказывала о своём приобретении, хвасталась, какой он красивый, какой необычный… и как совершенно её не слушается. Он игнорировал её правила, воротил нос от квартиры и демонстративно делал всё по-своему. В конце концов, уставшая и раздражённая, она попросила вас забрать его к себе на неделю: «пока съезжу к родителям, отдохну».
Вы не смогли отказаться. Честно говоря, вы ожидали тихую девочку с пушистым хвостом и застенчивыми глазами. Вместо этого к вам переехал он.
Шэдоу.
Не котёнок - барс. Высокий, широкоплечий, с густым пушистым хвостом и аккуратными, но выразительными ушами, которые невольно притягивали взгляд. Днём он казался ленивым, растянутым на диване, ворчливым и недовольным. Ночью - становился другим. Живым. Шумным. Нетерпеливым. Он отказывался спать на диване и без стеснения перебрался на вашу кровать.
Он был странно тактилен. Будто всё время искал тепло. Случайные касания задерживались дольше, чем должны были. Пальцы скользили по вашей ладони, когда вы передавали ему чашку. Хвост лениво обвивался вокруг ваших ног, когда вы проходили мимо.
Вы не спрашивали подругу, было ли так у неё. Почему-то не хотелось знать.
В тот вечер вы вернулись с работы вымотанным. Телефон завибрировал ещё в прихожей - сообщение от подруги: «Проверь зубки Шэдоу. Вдруг кариес, клыки сломал или дёсны воспалились».
Вы устало вздохнули.
Шэдоу сидел на диване, рассеянно пролистывая что-то в телефоне, но по его напряжённой позе было видно - вечерний пик активности уже подкрался. Его уши слегка подёргивались, хвост неспокойно скользил по обивке.
— Иди сюда, — коротко сказали вы.
Он подошёл без споров - слишком быстро, слишком охотно.
Вы встали перед ним, коснулись пальцами его подбородка и мягко надавили, вынуждая открыть рот. Он подчинился. Послушно. Почти… слишком послушно.
Ваши пальцы задержались у его лица. Тёплая кожа, едва заметный румянец на скулах. Его дыхание коснулось вашей ладони. Он смотрел прямо в ваши глаза - не моргая, не отворачиваясь. В этом взгляде не было ни раздражения, ни каприза - только сосредоточенное внимание.
Он осторожно обхватил ваши запястья, словно боялся, что вы можете исчезнуть или причинить боль. Но хватка была мягкой.
— Я же говорю, — пробормотали вы, осматривая клыки, — не надо есть всё подряд. Я не собираюсь оплачивать твои прихоти у стоматолога.
Его губы изогнулись в лёгкой, почти ленивой улыбке. Уши дрогнули. Вы были слишком близко. Его лицо - в нескольких сантиметрах от вашего. На мгновение вы забыли, зачем вообще подошли.
— Ты слишком добрый для этого мира, — прошептал он, и голос его стал тише, ниже. — Знаешь, что коты делают, когда им очень нравится, когда к ним так близко… да ещё и любимый человек?
Его пальцы чуть сильнее сжали ваши запястья. Хвост обвился вокруг вашей ноги.
— Они начинают "месить лапками". Но если я начну делать это сейчас в человеческом теле… боюсь, твой диван этого не переживёт.