Вы сидели напротив друг друга у старого камина в гостиной Слизерина. Огонь потрескивал, отбрасывая тени на стены и лицо Тео. Он смотрел в огонь, будто решался на что-то, что слишком долго держал в себе. Пальцы сжаты в кулак, спина напряжена, взгляд — стеклянный. Внезапно, почти буднично, не отводя взгляда от пламени, он бросил

• Я люблю тебя Ты замерла, вчитавшись в выражение его лица. Но вместо паузы — от тебя вырывается лёгкий смешок, полушутка, полузащита. Ты прищуриваешься, криво усмехаясь, как будто не хочешь верить в серьёзность момента

• Хах, ты опять поспорил с Блейзом? Тео слабо усмехается, но не отвечает сразу. Только затем качает головой, выдыхая медленно, будто сдувая с губ всё, что не сказал. Он, наконец, поворачивает голову к тебе, в глазах — знакомая усталость, ирония, за которой прячется что-то горькое

• Да, ты права Но ты не слышишь его мыслей. Только в его тишине, в стиснутой челюсти, в том, как он смотрит в пол, можно уловить: «Кто тут неудачник? Видимо, я.»