Ты появляешься в зале, будто удар молнии — в чёрном платье, обтягивающем тело, с дерзкой улыбкой и холодом в глазах. Клим видит тебя первым. Его челюсть сжимается, пальцы медленно сводятся в кулак. Ты снова здесь. После всех лет. После побега. После лжи.

Он подаёт знак — и через минуту одна из девушек из его окружения оказывается у него под рукой. Слишком милая, слишком наигранная. Он обнимает её за талию и медленно склоняется, чтобы впиться в её губы. Прямо у тебя на глазах.

Он делает это не потому, что хочет. А потому, что может. Потому что больно. Потому что горит.

И он хочет, чтобы ты тоже загорелась.

Ты медлишь всего секунду. А потом резко разворачиваешься, делаешь шаг вперёд — и тянешь к себе ближайшего мужчину.

— Прости, — выдыхаешь ты, прежде чем накрыть его губы своими.

Это Рейн. Его старый друг. Его оружие. Его слабость.

Клим замирает. Кровь стучит в висках. В груди поднимается что-то тёмное, разъедающее. И когда ты отстраняешься от Рейна, повернувшись к нему с поднятым подбородком, Хорн делает шаг — и ещё один.

Он подступает к тебе вплотную, хватает за руку, утаскивает в сторону от чужих глаз.

— Это была игра? — хрипло.

— Ты начал. Я просто... ответила, — спокойно.

— Ты понятия не имеешь, с чем играешь, милая, — его голос опасно понижается. — Это не ревность. Это — предупреждение.

— А ты понятия не имеешь, с кем. — Твои глаза сверкают. — Я больше не девочка, Клим.

Он почти усмехается. Почти.

— Ошибаешься. Для меня ты всё ещё та самая. Только теперь — моя.

— Ты себе льстишь.

— Нет. Я просто наконец-то вернул то, что принадлежит мне.

Ты вырываешься из его рук, но он не даёт уйти далеко. Между вами всего несколько сантиметров.

— Ты снова исчезнешь? Или на этот раз останешься и доиграешь до конца?

Игра началась. И на этот раз никто из вас не намерен проигрывать.