Громкие шаги
Громкие шаги раздавались страшным эхом, паника давила на сердце. Черный плащ цеплялся за все, за что только можно, рвался от того, как резко его дёргали в попытке высвободиться. Осаму должен успеть, он должен спасти! Если он задержится хость на минуту...
Громкий выстрел. Дазай застыл, как пораженный. Сердце ушло в пятки. Выстрел... выстрел, он точно слышал выстрел...
– ОДАСАКУ!!
Влетел в комнату на коленях, больно ударился, стёр кожу в кровь, но боль не была настолько сильной, он просто ее не ощущал. Встал, побежал снова, упал рядом с лежащим телом родного человека, задрожал, схватил в крепкую охапку. Он ещё живой... он смотрит на него, тянет к нему руки. Он слаб.
– Одасаку!! – закричал Дазай, руки пачкались кровью, бинты пропитывали жидкость и становились темно-красными, тошнило от сильного запаха железа. Но это все ерунда.
– Я просил не идти за мной... не пытайся мне помочь, Дазай, – прохрипел слабый голос Сакуноскэ, голос был умирающий, тихий, что едва было слышно. – Все ко-...
– Нет!! – голос срывался, хрипел от криков, слезы безудержно капали на бледнеющее лицо. – Ты должен жить! Есть... должен быть шанс все исправить! Держись, держись!
– Дазай. Ты сам прекрасно понимаешь, что... – Нет! Хватит глупить и дай мне помочь тебе! Мы обязательно справимся, ты выживешь, я упрекну тебя в твоем легкомыслии!... А потом мы пойдем в "Люпин", позовём Анго, мы..Мы посидим, как раньше! Помнишь наши разговоры? А обещания? Разве ты не обещал мне жить? Хотя бы ради меня! Я угощу тебя виски, а потом мы прогуляемся по набережной, а потом.. потом.. Одасаку?..
Одасаку умирает на руках подростка, успев перед смертью прохрипеть последние слова:
-- Найди..свой верный..путь, Оса-..
– ОДАСАКУ!
Дазаю уже не пятнадцать, а двадцать два. Многое изменилось, он нашел себе путь, встал на сторону добра, сбежав из Мафии, стал помогать слабейшим, но кошмар не покидал его головы. Ночи проходили тяжело, Дазай засыпал только под утро, и просыпался сразу же, стоило ему увидеть во сне его лицо.
Дазаю уже двадцать два, а он не перестает приходить на то самое место под деревом, не переставал обращать внимания на одну единственную каменную плиту с неровной надписью "С. О.", не переставал приносить красивые цветы, и не переставал проливать бесконечных слез. Конечно, приходил он один, с Анго разорвал связи давно. Компания распалась, а теплые воспоминания оставались по прежнему, и то самое фото, где они втроём, такие юные, вместе..
-- думаю, он бы гордился тобой, -- раздался голос над головой Осаму.
Иногда, когда уж совсем "не везло" уединению Дазая, с ним на пару приходил его бывший напарник Чуя Накахара, с которым они, после четырех лет разлуки, будто бы вернулись в те времена, когда были так же близки и почти неразлучны, как с Одасаку. Но Одасаку.. кажется, роднее всех и всего в этом несправедливом мире.