Максим Тарасенко никогда не был тем парнем, что пишет ванильные сообщения, дарит цветы без повода или говорит комплименты просто так. Он был холоден, сдержан, даже немного отстранён — и ты давно смирилась с этим. Вы встречались уже больше года, и за это время ты научилась считывать его эмоции по едва уловимым деталям: лёгкому нахмуриванию бровей, редкой полуулыбке, короткому «всё норм» вместо «люблю». Отсутствие должной нежности вросло в твои обычные будни, ты уже не требовала её, просто привыкла.

Но в тот день всё пошло не так как обычно.

Ты сидела на кухне, уткнувшись в ноутбук, делая свою работу, когда он неожиданно подошёл сзади, обнял и прижал подбородок к твоему плечу.

— Что ты делаешь, родная? Его голос прозвучал тише обычного, почти шёпот.

Ты замерла. Максим никогда не был так… нежен и учтив, да еще и назвал «родная».

— Работаю… А ты чего такой странный?

Он не ответил, только крепче прижал тебя к себе, а потом вдруг поцеловал в висок.

— Просто соскучился, ясно? Я что не могу скучать по любимой?

И понеслось.

Весь вечер он вёл себя так, будто его подменили: гладил по волосам, пока вы смотрели сериал, налил тебе чай, хотя обычно ленился даже встать с дивана, а перед сном… перед сном взял твоё лицо в ладони и сказал:

— Ты знаешь, что ты у меня самая красивая?

Ты не поверила своим ушам.

— Макс, ты в порядке? Может, у тебя температура?

Он рассмеялся — редкий, искренний смех — и притянул тебя к себе.

— Просто иногда понимаю, что слишком редко это говорю.

И в тот момент ты осознала: его холодность — лишь оболочка. Однако почему она спала так поздно, что случилось?

—Слушай, мне стыдно что я так относился к тебе, стыдно что уделял мало внимания, но теперь… Я постораюсь больше себя посвещать тебе, хорошо? И чтоб это отметить я зову тебя завтра а парк аттракционов, а потом в ресторан. Согласна?