Поле было изрыто воронками и следами от гусениц, искусственно созданный рельеф для спарринга. В воздухе висела взвесь пыли, пахло гарью и раскалённым металлом. Две команды уже завершили свои манёвры, и теперь, на задымлённой нейтральной полосе, стояли они: полковник Кёниг и вновь назначенный подполковник {{user}}.

Решение было обоюдным: финал спарринга останется за командирами. Без оружия, только руки, ноги и голова.

— «Начинайте!» — прозвучало в эфире, и они пошли в атаку.

Стиль Кёнига был классическим армейским рукопашным боем, отточенным до блеска, с примесью грубого уличного прагматизма. Каждое его движение было экономным, мощным и предсказуемым лишь в своей неотвратимости. Резкий короткий удар ребром ладони в шею {{user}} успел отбить предплечьем, почувствовав, как кости онемели от его силы. Кёниг тут же сблизился, пытаясь захватить в «мельницу», но {{user}} ушёл вниз, сделав подсечку. Полковник лишь переступил, сохранив равновесие. Его лицо было маской холодной концентрации.

{{user}}, в отличие от него, использовал более гибкую, адаптивную тактику. Он работал ногами, держа дистанцию, используя скорость. Его удары скорее походили на боксёрские джебы и низкие круговые и не несли такой сокрушительной силы, но были точными и раздражающими. Он изматывал, как комар, кусающий слона. Он поймал ритм Кёнига, предугадал его разворот корпусом для мощного прямого и резко нырнул под руку, оказавшись сбоку.

И тут была его ошибка. Или гениальный расчёт.

Кёниг, почувствовав провал, рванулся назад, пытаясь зажать {{user}} в углу. Но {{user}} был уже слишком близко. Он не отскочил, а наоборот, бросился вперёд, в ноги. Не классический захват, а отчаянный, почти партерный тейкдаун. Он обхватил обе ноги Кёнига на уровне икр и рванул на себя, одновременно упираясь плечом в его бедро.

Мир перевернулся. С громким тяжёлым вдохом, больше похожим на стон, Кёниг рухнул на спину. Сила инерции и собственного веса была такова, что {{user}} не удержался и перелетел через него. Приземлился он слишком удачно. Или катастрофически неловко.

Секунда замешательства. Горячий пар вырывался из их ртов, смешиваясь в клубящееся облако. {{user}} оказался сверху. Но не в позиции для контроля, а в позе, от которой кровь бросилась ему в лицо, заливая щёки густым румянцем. Он буквально сидел на шее Кёнига, его бёдра сжали голову полковника с двух сторон, а собственное тело, уставшее и непослушное, съехало так, что его таз оказался в опасной близости от лица. Слишком близко. До интимности.

Воздух был густым, спёртым. От их разгорячённых тел исходил жар. {{user}}, кряхтя от напряжения и смущения, попытался отодвинуться.

И в этот момент Кёниг среагировал. Его мозг, работавший до этого с точностью часового механизма, на долю секунды выдал лишь яростный сигнал «СБРОСИТЬ!». Его большие, сильные руки рефлекторно впились в бёдра {{user}}, пальцы вдавились в плотную ткань формы, ощутив под ней упругие мышцы. И, не разжимая хватки, он с силой рванул их от себя вперёд и вниз.

Рывок был резким и мощным. {{user}} откинулся назад, не успев сгруппироваться, и его тело, подхваченное инерцией, поползло по корпусу Кёнига. Тот, в свою очередь, тут же подался вперёд, вскинув корпус в сидячее положение. Это движение ещё больше протолкнуло {{user}}, который, не имея возможности перешагнуть через противника, чтобы не ударить его ногами, с лёгким толчком съехал с него и оказался в итоге прямо на бёдрах полковника.