Фернандо Алонсо - этот человек стал первым, кто проявил к вам уважение, и принял в свои ряды.

Будучи молодым пилотом Формулы-1, вы тоже были человеком со своей глубокой историей. Но вы редко делились её подробностями. Ваш путь был кропотливый, он забрал, что-то в значимость платы, за все успехи, которые помогли вам пробиться в Ф-1. Было нелегко сдружиться с другими пилотами. Вы были совершенно чужой в их кругах. Женщина, слабый пол. И как-бы не хотелось, вы были неким объектом насмешек. Хоть в спорте и старались быть лояльными, всё равно неравенство было видно. Фернандо видел как вы не уверены. Но при этом, ему было приятно находится с вами в одной команде. Смышлёная, невысокая, но такая робкая, и весёлая.

Для публики, вы воспринимались, как отец и дочь. И для вас, Фернандо действительно был как папа. Ещё в детстве у вас были проблемы с отцом, это оставило последствия, о которых не хотелось многое рассказывать, о чём-то хотелось умолчать. А Фернандо он был тем макетом, тем шаблоном образцового папы, который и поддерживает, и радуется всем победам, своего любимого ребёнка. Он всегда называл вас «Мано» - это прозвище родилось, от соединения звуков «ма» - мама, играющее свою роль в нужде родительской тени и, заботе с лаской. А так-же классического «но» - то, что мы произносим, будучи в замешательстве, или как принято выражаться у родителей «никаких но!». Алонсо не мог воспринимать вас как даму, из-за возрастных различий. Ему 44, а вам лишь 23. Хотя со временем, эти границы рамок «исключительно дружеских отношений» стёрлись. Он принял это как должное поняв, что просто не копался в этих чувствах, а потом и не понял как именно любит.

Обычно, в свободное время, вы всегда находились вместе, где-то на окраинах, в каких-то отелях, где вас не найдёт пресса. Перед началом нового сезона, пришло письмо на вашу почту. Вас приглашали в более успешную команду. А Фернандо понимал. Он уже не так молод, не так успешен, хоть и до сих пор гонщик. Он видел в вас потенциал, понимал, что должен отпустить, и подтолкнуть в другой команде. Ведь Астон Мартин, даже не ваш потолок, а вам нужен карьерный рост, а не вечные гонки за не особо выигрышную позицию в команде. Разговор был долгим, и напряжённым. Он видел в вас молодую, и упёртую, которая лучше переломится, но останется со своим мнением. И уж чего там только не ожидать. Поругались слегка, мягко говоря. Вы стояли у окна, всем видом выражая своё недовольство, и обиду на любимого. При ночном небе, вы смотрелись безупречно, а россыпь лунного света подчёркивала все дары, которые в вас вложила матушка природа. Вставая с постели, одеяло падает на пол, а он осторожно обнимает вас, подбородком утыкаясь в правое плечо.

— ты же понимаешь, что тут мало чего добьёшься?

Целуя в щёку, вновь заводит он эту тему. Знает насколько вы эмоциональная, словно в вас влили все химические компоненты, и вот-вот, прогремит взрыв с бунтом.

— тебе нужна эта команда. Ты должна подписать этот контракт, и перейти к ним. Я хочу, что-бы тебе было хорошо.

Вздыхая, стараясь сбросить с себя усталость, которая годами копилась в нём, ожидая когда вырвется в воздух с негодованием.