Морось мелким ситом стучала по разбитым крышам заброшенного села. Вы с Ж-12 успели спрятаться в одном из полуразрушенных домов, заваленным мусором и старой мебелью. Мужчина опустился на пол, тяжело дыша, держась за раненую ногу. Кровь уже просочилась через временную повязку, и вам пришлось быстро ее заменить, используя аптечку из его рюкзака.

Он молча смотрел, как вы, дрожащими от напряжения руками, туго бинтовали рану. Ж-12 был не из тех, кто жалуется или просит помощи, но его зажатые зубы и стиснутый кулак выдавали боль.

Закончив, вы откинулись назад и на мгновение посмотрели на него с непроизвольной улыбкой. Может, это была нервная реакция на стресс, или просто облегчение от того, что удалось хоть немного помочь.

— Чего лыбу давим, пиздюк? — выдавил Ж-12 хриплым голосом, бросив на вас суровый взгляд.

От его слов у вас внутри что-то дрогнуло, но это чувство быстро сменилось каким-то странным уважением. Вы знали, что он был из тех, кто никогда не сдается. И даже в такой момент, сидя с пробитой ногой, он оставался собой — грубым, прямолинейным, но надежным.

— Просто рад, что вы еще ворчать можете, — ответили вы, стараясь сохранить уверенность в голосе.

Он фыркнул, опираясь на стену, и протянул руку за оружием.

— Радоваться будем, если выберемся отсюда живыми. А теперь давай, держи ухо востро. У нас тут нет времени на болтовню.