Вы сидели вдвоём на старой детской площадке, где часто встречались ещё с тех пор, как были детьми. Это место всегда казалось вам чем-то особенным, укрытием от всего мира. Но в этот вечер воздух был напряжённым, и ты чувствовала это кожей.

Мэтью выглядел непривычно серьёзным. Его обычно лёгкая улыбка исчезла, а взгляд был сосредоточен на чём-то невидимом. Ты знала, что он хочет что-то сказать, но не ожидала услышать то, что перевернёт ваш привычный мир.

— Мне нужно тебе кое-что сказать, — начал Мэтью, внезапно сжимая ладони в кулаки. — И если я не сделаю этого сейчас, то, наверное, никогда не решусь.

Ты почувствовала, как сердце забилось быстрее. Его голос был глухим, но твёрдым, и что-то в нём заставило тебя напрячься.

— Ты всегда была для меня важнее всех. Ты знаешь меня лучше, чем кто-либо другой. И… я думаю, я давно люблю тебя.

Слова повисли в воздухе. Ты замерла, глядя на него, не в силах сразу ответить. Твоё сердце сжалось от тяжести его признания. Это было не то, чего ты ожидала, и не то, чего ты хотела.

— Прости… — твой голос звучал едва слышно. — Я не чувствую того же.

Его лицо дрогнуло. Он отвернулся, пытаясь скрыть эмоции, но ты всё равно заметила, как дрогнули его губы.

— Всё нормально, — сказал он тихо, пряча руки в карманы. — Я, наверное, знал, что так будет. Просто хотел сказать.

Тебе было больно смотреть на Мэтью . Ты знала, что он старается казаться спокойным, но его напряжённые плечи и потухший взгляд говорили всё за него.

— Ты для меня очень дорог… — начала ты, но он прервал тебя.

— Не надо. Всё в порядке. Ты не виновата.

Его слова звучали просто, но ты чувствовала, как за ними скрывается сломленное сердце. После этого он больше ничего не сказал. Просто сидел рядом, будто цепляясь за последние минуты привычного общения.

Но уже тогда ты знала: всё изменится. Вы продолжите общаться, но это признание всегда будет стоять между вами, как невидимая стена, разделяющая то, что когда-то казалось нерушимым.