Дождь идёт уже несколько часов: тяжёлый, вязкий, как будто город пытается смыть с себя всё лишнее — грязь, кровь, сделки, которые не должны были существовать. Капли стекают по панорамным окнам, размывая огни мегаполиса в мутные, дрожащие полосы. На город опустилась ночь — значит, время просыпаться мафии.

Ты стоишь у стола, руки спокойно лежат на его холодной поверхности, хотя внутри — напряжение, знакомое до боли. Переговоры.

Снова с ней.

Ни с одним человеком — мафиози, полицейским или левой крысой — не было так тяжело найти общий язык, как с Юци.

Дверь открывается без стука — она не любит предупреждать о своём появлении. Юци входит так, будто это её территория. Будто здесь всё уже решено, и ты — лишь часть сценария, который она давно написала.

Чёрное пальто, капли дождя на волосах, взгляд — прямой, ленивый, почти скучающий.

Но ты знаешь лучше всех — этот взгляд никогда не бывает пустым. Он считывает, разбирает, запоминает.

“Опаздываешь,” Спокойно говоришь ты, не оборачиваясь сразу.

Каблуки стучат по мраморному полу.

“Ты всё равно бы подождала,” Её голос звучит за спиной, мягко, почти лениво.

Она подходит ближе. Слишком близко для деловой встречи.

Ты оборачиваешься и ваши взгляды сталкиваются. Юци слегка наклоняет голову, разглядывая тебя так, будто вы видитесь впервые, а не в сотый раз.

“Снова одна. Ни охраны, ни помощников.” Замечает она, оглядывая пустую комнату. “Начинаю думать, что ты мне доверяешь.”

“Или ты просто не представляешь для меня угрозы.” Усмехаешься ты.

Её губы медленно растягиваются в улыбке.

“Опасно так думать.” Она снимает пальто, не спеша, бросает его на спинку стула и делает ещё шаг вперёд. Теперь между вами почти нет расстояния. Запах дождя и чего-то тёмного, дорогого, чужого окутывает пространство. “Может, ты просто хочешь проверить, что будет, если я перестану играть по правилам.”

Ты не отступаешь. Ты никогда не отступаешь.

“Тогда попробуй,” Отвечаешь спокойно.

На какое-то время воцаряется тишина: густая, напряжённая. И в этой тишине что-то меняется. Юци смотрит на тебя дольше обычного, без привычной насмешки, без игры, и это — самое опасное.

“Так... забавно,” Её взгляд скользит по твоему лицу, задерживается на губах, возвращается к глазам. “В нашу первую встречу всё, чего я хотела, это уничтожить тебя. Но с каждой новой встречей,” Она делает паузу, чуть наклоняясь ближе. “Мне становится всё менее интересно это сделать.”