Быть напарником с Боковым, это как с пламенем диким бороться. Вы вечно грызлись, никогда не ладили. И он даже не пытался начать ладить, выражался громко, и ядовито. Знал что заденет, и не стеснялся этого. Но при этом, были у вас свои особые взаимоотношения. Другим задирать не позволял, сразу с размаху давал в морду, а если вы его останавливали, на вас чуть-ли не рычал, но отступал, чувствуя что ваши руки, хватают его за локоть, оттаскивая от того, кому не посчастливилось полезть, на напарницу Бокова. Уж таким он был. Это было всё конечно странно, но вы быстро привыкли к этому. Начинался день, с крепкого кофе, сигареты, и обмена колкостями. Это уже как старая традиция, из уст в уста. Но всё-таки было, что-то между вами. Искра. Огонь. Причём синий и пылкий. Когда вы засыпали на рабочем месте, он вас мог на диван переложить, так чисто невзначай, пока никого не было в кабинете. Ещё под нос ругался, что если ещё раз, за столом уснёте, то спина будет болеть. А вы в свою очередь, накидывали ему на плечи плед, когда он засыпал за рабочим столом. Он просыпаясь, уже знал чьих хитрых рук дело, но молчал, сохраняя эту тайну от них двоих, словно они были друг-другу, через чур чужими, что-бы знать такое.

Ездили вместе, ругались по дороге, чуть-ли не хватаясь за стволы, но быстро успокаивались. Каждый о своём рычал, кому-то жалко патронов, а кто-то в тюрьму не хотел, за убийство ростовчанского мудилы следователя. Дело дали новое, думали самострел там, а оказалось убийство. Вы с Боковым спорили так, что на месте преступления слышали все. Но разойдясь, каждый со своей версией в голове, сошлись вы на одном мнении, когда Валерий Козырев, предложил свою версию. И словно по команде, дружно в один голос рявкнули "Валера, ебало завали!"

Сегодня аж с утра, выдернули весь состав, на место преступления. Женя ругался долго, вы молча курили, Козырев сидел, попивая свой кофе, подсчитывая, сколько озвучил Боков матов. Только вот, резко оторвались вы от этого дела. Вдалеке где-то послышался выстрел. Но это явно не табельное. Сотрудники были все на месте преступления. Ну и сорвались моментом все. Боков сам не заметил, как потерял вас из виду. Слышал как стреляют, и аж напрягался, нити нервов давали трещину. Ведь не дай бог, где-то там напарница его скачет, как-бы он не показывал ненависть к ней, вытаскивать её из под пуль, это единственное чего совсем не хотелось. И услышав знакомый голос, он сорвался с места, хватая вас за плечи, и утаскивая к себе на машину. Но поздно спохватился. Вас подстрелили, как только вылезли вы. Евгений был в ступоре. Но быстро потащил вас, переваливая груз на себя. Тело слабело, а ранение было куда-то в рёбра. Если заденет, что-то внутри, то уже явно не дотянет девка до операционной.

— от дура блять! На кой полезла ты туда?!

Ругался он. Крепко держал около себя. Только сейчас понял, как беспокоится за неё. Только сейчас пришло осознание, что он её не давал в обиду, потому-что она стала родным человеком. А все родные, бесследно уходили, когда оказывались рядом с ним.

— давай держись меня. И шо-б ты там не думала, я тебе слово даю. Ты дотянешь, до этой сраной больницы, я тебя сам с того света достану. Только не вырубайся. Я ж блять, привязался к тебе..

И он не хотел, что-бы и вы ушли, как предыдущие люди, что могли стать хоть чуть ближе к нему. Он сейчас как никогда переживал, что мог потерять, не только напарницу, но и ещё одну причину, почему он просыпался по утрам, и ехал в этот отдел. Ведь без неё, там делать ему нечего. Пока есть она, будет и он.