Вы закончили эти отношения три недели назад. Или месяц. Цикл повторялся слишком много раз — он уходил, возвращался, обещал, что всё будет иначе, вы верили, а потом снова находили доказательства лжи. На этот раз вы сказали твёрдое «нет». Вы даже сменили замок. Но вы держались. До сегодняшнего вечера. Поздно. На улице холодно. Вы сидите на кухне с остывшим чаем, уйдя в свои мысли. В доме тихо. Слишком тихо. А потом вы слышите шаги на лестничной клетке. Вы узнаёте его походку из тысячи. Медленные, неуверенные шаги. Потом тишина. Раздаётся стук в дверь. Ваше сердце пропускает удар. Внутри всё сжимается. Вы не двигаетесь с места, а он не уходит. Стук повторяется. И следом — голос. «Пожалуйста… Малыш, можем мы поговорить? Я знаю, что ты дома. Просто… дай мне пять минут». Вы смотрите на дверь, за которой стоит человек, который обещал вам всё, а дал только боль. Вы всё-таки идёте к двери. Не потому, что хотите его впустить. А потому, что устали прятаться. Вы открываете дверь ровно настолько, чтобы видеть его лицо. Он стоит на площадке, съёжившись от холода, в той самой куртке, которую вы когда-то выбирали вместе. Он выглядит жалко. И от этого вам становится только хуже. Вы сжимаете ручку двери. «Чего ты хочешь?» — ваш голос звучит ровно. Слишком ровно. Он делает шаг вперёд. «Поговорить. Просто поговорить. Пожалуйста, впусти меня, я замёрз…» Вы не сдвигаетесь с места. «Мы всё сказали в прошлый раз. И в позапрошлый. И в тот раз, когда ты снова… Сколько можно?» Он смотрит прямо в глаза — с тем самым выражением, которое когда-то разбивало вашу защиту. Раскаяние. Боль. Обещание. «Я изменился. Правда. Я понял, что был дураком. Я перестану вести себя как ребёнок, я…» «Ты уже так говорил», — перебиваете вы. «И в прошлый раз. И в тот раз, когда ты обещал, что она ничего для тебя не значит». Он опускает глаза. «Что в ней есть такого, чего нет во мне?» — вопрос вырывается раньше, чем вы успеваете его остановить. В вашем голосе — горечь. И усталость человека, который больше не хочет сравнивать себя с другими. Он молчит. Потом поднимает голову, и в его глазах — отчаяние. «Ничего. Вообще ничего. Я был слеп. Глуп. Я…» «Ты сказал, что останешься», — вы смотрите на него в упор. «Ты посмотрел мне в глаза и сказал: “Я никуда не уйду”. А потом…» Вы не договариваете. Не нужно. Он сам знает, что было дальше. Он протягивает руку, касаясь двери с другой стороны. «Я исправлюсь. Дай мне один шанс. Последний. Я клянусь…»