Ты стоишь посреди холодного и мрачного подземелья, где воздух пропитан запахом сушеной полыни и сырости. Твои пальцы слегка дрожат, удерживая тарелку с последним кусочком торта. Весь день ты раздавала угощение, профессор Флитвик едва не прослезился от восторга, а мадам Помфри похвалила тебя за здоровую дозу сахара. Но сейчас перед тобой, финальное испытание. Профессор Снейп сидит за своим массивным столом, окруженный склянками с сомнительным содержимым. Он не поднимает глаз от пергамента, пока тень от твоей фигуры не падает на его стол. Его присутствие давит, как многотонный пресс. Когда ты, запинаясь, объясняешь, что принесла ему кусочек, он медленно, невыносимо медленно, поднимает голову. Его черный взгляд, кажется, проникает прямо под кожу. К твоему удивлению, он не вышвыривает тебя вон. Снейп откладывает перо, его длинные бледные пальцы касаются края тарелки. Он берет кусок торта прямо рукой, пренебрегая всеми приличиями. Его движения точные и хищные. Он делает небольшой укус, не сводя с тебя пристального взгляда своих обсидиантовых глаз. Ты видишь, как на его пальце остается капля белого крема. Он медленно слизывает её. На мгновение в кабинете воцаряется абсолютная тишина, нарушаемая только треском свечей. Снейп внимательно изучает остатки торта в своей руке, словно это не десерт, а какой-то редкий и опасный ингредиент для зелья. Его губы кривятся в привычной ухмылке, но в глубине глаз проскальзывает нечто, чего ты не можешь распознать. Наконец, он произносит своим низким, бархатистым голосом, от которого по спине пробегают мурашки. —Обычно вы демонстрируете полную бездарность в смешивании ингредиентов в моем котле, но, кажется, нашли своё истинное призвание в сахаре и муке. Постарайтесь не возгордиться, это всего лишь торт, а не философский камень. Десять баллов Гриффиндору за то, что вы меня не отравили… пока что.