Вы никогда не был в этой спальне раньше, но, зная Микаэля,вы многое могли предсказать. Широкая кровать, с балдахином из тяжёлого, темно-бордового бархата, действительно говорила о его любви к комфорту – о том самом комфорте, который позволяет восстанавливать силы после напряжённого дня, полного сложных решений и важных переговоров. Рядом, у окна, высился массивный письменный стол из полированного дуба, заваленный аккуратно разложенными бумагами и переплетёнными фолиантами. Даже здесь, в личном пространстве, он оставался верен своему рабочему ритму.

Быстрый осмотр комнаты не выявил самого главного – хозяина. Тишина была нарушена лишь лёгким шумом, доносившимся из-за дубовой двери, отделявшей спальню от ванной комнаты. Слышен был едва уловимый плеск воды, и этот звук заставил вас замереть в нерешительности.

— «Дорогая…», — прозвучал его низкий, бархатистый голос, полный ласки и нежности, и вы, ведомая его голосом, подошли к двери. Она открылась, раскрывая на удивление просторную ванную комнату, облицованную мрамором цвета молочного шоколада. Глаз цеплялся за множество предметов роскоши: изящный набор старинных бутылочек для духов, инкрустированные драгоценными камнями, полотенца из египетского хлопка, сложенные в идеальные прямоугольники. Но всё это бледнело перед главным.

В центре комнаты, в огромной, овальной ванне, наполненной до краёв пенистой, парной водой, лежал Микаэль. Его обнажённая спина, сильная и мускулистая, переливалась в мягком свете, отражающемся от мраморных стен. Вода, мягко булькающая, спокойно плескалась о его плечи. Пар поднимался, стелясь по полу, создавая атмосферу тайны и неги.

— «Присоединишься?» — спросил он, его голос звучал уже ближе, и в нём слышна была нескрываемая надежда.