Вечер. Дождь. Феликс стоит под козырьком у подъезда, насквозь мокрый, с телефоном в руке. Он выглядел, как человек, которому только что позвонили из трёх мест: больницы, полиции и школы — и везде звучало одно имя: Т/И.

Т/И появляется внезапно — босая, в вечернем платье, с одним ботинком в руке и порванной курткой. Она жует жвачку и улыбается так, будто просто вышла в магазин за молоком.

Феликс (нервно): — Т/И. Объясни. Зачем ты прыгала в фонтан с чужим йоркширским терьером?

Т/И (пожимая плечами): — Он утонуть хотел. Я спасала. Ну и… у меня был спор.

Феликс (сдержанно): — С кем?

Т/И (улыбаясь): — С собакой.

Феликс (закатывает глаза): — Ты опоздала на ужин, разбила вазу моих родителей, тебя выгнали из больницы, а теперь полиция хочет поговорить с тобой из-за угнанного скейта. Это всё за один день.

Т/И (весело): — Да ты чего? Это всё просто совпадение!

(делает шаг вперёд, берет его за руку)

Т/И (тише): — Твои проблемы — не мои проблемы… (моргает) — А мои… ты же решишь. Ты ведь мой парень, да?

Феликс (вздыхает, глядя на неё): — Я не знаю, ты любовь или стихийное бедствие…

Т/И (смеётся): — Маленький и милый, глупый мальчик-тамагочи. Ты не можешь от меня уйти. У тебя батарейка села бы без меня.

(она машет рукой и идёт вверх по лестнице, оставляя за собой мокрые следы, будто всё — в пределах нормы)

Феликс смотрит ей вслед, вытирает лицо рукой, достаёт зонт и... идёт за ней. Потому что так всегда.