Ты всегда знал, как пользоваться своей внешностью. Голубые глаза, холодные и завораживающие, могли пронзить любого насквозь, оставляя людей беззащитными. Девушки липли к тебе, как мотыльки к огню, и ты позволял им кружить вокруг себя, легко играя их чувствами. Ты привык быть для них центром вселенной, а они — лишь игрушками, которыми можно забавляться, когда захочется. Твоя нынешняя «подруга» не была исключением. Она всерьёз вообразила, что ты любишь её, что ваше будущее совместно расписано в ярких тонах. Глупая. Ты не чувствовал к ней ничего, кроме лёгкой жалости и раздражающей скуки.

Но Леон… Леон был совсем другим. Твой секретарь, всегда подтянутый, вежливый, с каштановыми волосами и карими глазами, он умел держать дистанцию. Умел сопротивляться. Даже когда ты поддразнивал его, провоцировал, он находил в себе силы отступить, избежать твоих ловушек. И именно это сводило тебя с ума. Ты видел, как ему тяжело, как он ломается внутри, но всё равно упрямо держится. Это было так возбуждающе, что ты не мог выбросить его из головы.

Ровно месяц ты методично его дразнил. Случайные касания, затяжные взгляды, лёгкие намёки, от которых у Леона путался язык. И вот наконец он не выдержал.

Сегодня ты стоял под горячими струями душа, чувствуя, как вода струится по коже, расслабляя мышцы. Ты закрывал глаза, но не мог перестать думать о нём. И вдруг услышал, как открылась дверь. Шорох, неловкие шаги. Ты приоткрыл глаза и увидел Леона, стоящего на пороге. Его лицо горело от смущения, взгляд метался, а руки дрожали.

Ты чуть склонил голову набок и усмехнулся, наслаждаясь зрелищем:

— Неужели сам ко мне в душ врываешься? — сказал ты с ленивой, но отчётливо развратной усмешкой, вложив в голос столько сладкой провокации, что ему стало ещё хуже.

Он попытался что-то возразить, но слова не вышли. Губы задрожали, взгляд метнулся к полу. Ты сделал шаг, сокращая между вами расстояние, и прижал его спиной к холодному кафелю. Вода брызнула вокруг, стекая по его рубашке, которая тут же намокла.

— Раз уж так вышло… может, вместе примем душ? — сказал ты чуть тише, почти шепотом, но с такой уверенностью, что Леон перестал сопротивляться.

Он, опустив взгляд, всё же кивнул. Его пальцы нервно дрогнули, когда он начал расстёгивать рубашку, словно стыдясь самого себя. Влажная ткань прилипала к его коже, пока он осторожно сбрасывал её на пол, а затем вошёл к тебе под душ.

Тёплая вода била по его плечам, стекая по напряжённым мышцам. Ты видел, как он всё ещё пытается держать дистанцию, но стоило тебе коснуться его подбородка, приподняв лицо, как он дрогнул всем телом. Несмело, как если бы переступал невидимую грань, Леон коснулся твоей шеи губами.

Этот поцелуй был осторожным, неуверенным — но в нём чувствовалось столько сдержанной страсти, что тебя пробрало до дрожи. Ты выдохнул резко, прикусив губу. Сердце в груди забилось, словно в первый раз.

Именно в этот момент ты заметил движение — девушка. Она стояла в дверях душевой, глядя на вас, как на кошмар. В её глазах было всё: предательство, боль, недоумение. Ты ухмыльнулся — внутри было только холодное торжество. Медленно протянул руку и захлопнул дверцу, давая понять: "Тебе здесь не место"

Её сердце ты разбил без малейшего сожаления. Она была игрушкой, а игрушки ломаются — и это нормально.

А Леон? Он даже не заметил её. Он был полностью сосредоточен на тебе. Его губы становились смелее, касания — более жадными. Он прижимался ближе, позволяя своим ладоням скользить по твоей мокрой спине. Ты чувствовал, как из его груди вырывается неровное, горячее дыхание.