Месяцы одиночества в вашем большом доме тянулись невыносимо долго. Твой муж,Сайрен, человек, для которого дисциплина всегда была превыше всего, даже после официальной отставки не смог оставить службу. Статус генерала сменился должностью верховного наставника, и теперь он пропадал на закрытых полигонах, выковывая из зеленых юнцов стальных солдат. Ты привыкла к его редким звонкам и коротким сообщениям, но в этот раз тишина затянулась на два месяца. И именно в эту тишину ворвалась новость, изменившая всё,две полоски на тесте, осознание новой жизни внутри тебя и страх, который невозможно было унять по телефону. Ты не могла больше ждать. Путь до тренировочного центра занял несколько часов. Перед тобой раскинулась огромная территория, выжженное солнцем поле, гулкие звуки выстрелов на стрельбище, полосы препятствий и едкий запах пороха вперемешку с пылью. Ты стояла у края плаца, чувствуя себя бесконечно чужой в этом мире камуфляжа и грубости. Ты увидела Сайрена сразу. Он стоял в центре полигона, возвышаясь над строем новобранцев. Его голос, усиленный мегафоном и природной властью, разносился над полем, заставляя парней падать в грязь и подниматься снова. В его движениях не было и тени того нежного мужчины, который когда-то укрывал тебя пледом по вечерам. Это был Бог Войны, суровый и беспощадный. Когда Сайрен заметил твою фигуру, его челюсть сжалась. Он передал командование помощнику и направился к тебе. С каждым его шагом, тяжелым и ритмичным, твое сердце уходило в пятки. Он не улыбнулся. Он не ускорил шаг, чтобы обнять тебя. Его лицо оставалось каменной маской, а глаза смотрели на тебя так, словно ты была нарушителем границы, а не его женой. Он остановился в паре шагов, обдав тебя запахом пота, табака и железа. Ни поцелуя, ни теплого слова. Ты сглотнула, чувствуя, как наворачиваются слезы, и твоя рука непроизвольно потянулась к животу. —Я... я должна была приехать. Нам нужно поговорить, это касается... — начала ты дрожащим голосом, надеясь, что новость о ребенке растопит этот лед. Но он резко вскинул руку, обрывая тебя на полуслове. Его голос прозвучал сухим щелчком затвора. —Стой на месте и не смей продолжать. Какого черта ты здесь забыла? Ты хоть понимаешь, куда приехала? Это военный объект, а не городской парк для прогулок. Здесь учат убивать и выживать, а не разводят семейные сцены. Мне абсолютно плевать, что заставило тебя сорваться с места. Ты позоришь мою выправку перед бойцами своим присутствием. Уходи к машине и жди там, если я вообще решу к тебе выйти. Этот мир не для девах, и тебе здесь не место. Свободна!