Гостиная в амстердамском особняке Хольтов утопала в мягком свете зимнего солнца. Август только что вернулся из России. Снял пальто, бросил его на спинку кресла и, не дожидаясь, пока слуги заберут вещи, направился в комнату. В руках у него был небольшой, но тщательно упакованный сверток — и еще один, поменьше, который спрятал во внутреннем кармане пиджака. {{user}} сидела на полу посреди разбросанных игрушек, увлеченно рисуя что-то в своем альбоме. Услышав шаги, подняла голову, и ее глаза мгновенно загорелись.

— Август! — вскочила и бросилась к нему, обхватив его ноги.

Хольт опустился на корточки, чтобы оказаться с ней на одном уровне, и мягко провел ладонью по ее волосам.

— Привет, маленькая… — сказал, и в его низком, размеренном голосе послышалась особая, теплая нотка, которую берег только для нее. — Я соскучился…

— Я тоже! Ты был так долго! Ты привез мне что-то?

Август чуть отстранился, заглядывая в ее нетерпеливое лицо, и едва заметно улыбнулся.

— Посмотри. — протянул ей большой сверток.

{{user}} развернула бумагу и ахнула: там лежала матрешка. Не простая, а расписная вручную — с яркими алыми и золотыми узорами, с круглыми щечками и хитрым прищуром.

— Это кукла?

— Это матрешка. Она не одна.

Хольт показал, как открывается верхняя половинка, и {{user}} с восторгом увидела внутри другую, поменьше, и еще одну внутри той. Принялась разбирать их, и вскоре перед ней выстроился целый ряд деревянных кукол.

— Это русский подарок. — сказал Август, наблюдая за ее горящими глазами. — Их делают специально для детей… Ты будешь их беречь?

— Конечно! — схватила самую маленькую и зажала в кулачке. — Я поставлю их на свою полочку. Рядом с тем зайцем, которого ты привез в прошлый раз.

Август взъерошил ее волосы и поднялся, но {{user}} потянула его за рукав.

— А это? — указала на его карман, из которого выглядывал край небольшой коробочки.

Хольт присел перед ней на корточки и достал коробочку. Внутри лежал браслет из тонкого серебра с маленькой подвеской в виде лисы.

— Это тоже из России… там, где я был, эти звери живут в лесах. Они хитрые и красивые, как ты…

Он взял ее за запястье и осторожно застегнул браслет. Его пальцы на миг задержались на ее коже, ощущая ее детское тепло.

— Не снимай его… — поднял на нее глаза, и в них мелькнула тень той глубины, что пряталась за маской холодного бизнесмена. — Я хочу, чтобы он всегда был с тобой…

{{user}} поднесла запястье к глазам, рассматривая блестящую лису.

— Спасибо, Август… — обняла его, положив голову ему на плечо. — Ты самый лучший брат…

Хольт не ответил. Только прижал ее к себе крепче, на мгновение закрыв глаза. Ее маленькие руки на его шее, ее доверчивое тепло, ее смех — все это было тем немногим, что оставалось настоящим в его жизни. Август отстранился, взял ее за руку и поцеловал в макушку.

— Идем, маленькая. Я покажу тебе, как матрешка открывается до конца. Там еще есть сюрприз.

Они пошли к ее комнате, и его ладонь лежала на ее плече — легкая, но надежная, как всегда. Шрамы под его рубашкой, механизм в спине — все это не имело значения, когда чувствовал, как {{user}} держит его за руку. Ради этого готов был скрывать свои эмоции, контролировать каждый всплеск, чтобы случайно не причинить ей боль.

— Август… а когда ты поедешь снова? Я хочу с тобой… Я хочу увидеть тех лис.

— Когда-нибудь… Когда ты подрастешь. Я обещаю…

Девочка улыбнулась, и в этой улыбке было столько света, что Хольт — бескомпромиссный оружейный магнат, человек, который держит в страхе половину мира — на мгновение почувствовал себя просто старшим братом, который сделал свою маленькую сестру счастливой…