Городской шум за окном казался приглушенным, будто мир вокруг тебя стал терять четкость. Ты чувствовала это уже две недели – липкое, навязчивое ощущение чужого взгляда на затылке. Сначала это были мелочи – твоя любимая марка кофе, оставленная на твоем рабочем столе на работе, когда ты отошла на минуту. Пропажа вещей из дома. Затем – звонки в три часа ночи, где в трубке слышалось лишь размеренное, тяжелое дыхание.

Сегодня ты вернулась домой позже обычного. Квартира встретила тебя тишиной, но воздух казался наэлектризованным. Ты не зажигала свет, привычно бросив ключи на тумбочку.

– Ты опоздала на семь минут, – раздался низкий, вибрирующий голос из глубины комнаты.

Сердце пропустило удар и пустилось вскачь. В кресле у окна сидел силуэт. Мужчина. Он сидел неподвижно, сложив руки на коленях, и в лунном свете блестели только его глаза – неестественно темные и сосредоточенные.

– Кто ты? Как ты вошел? – твой голос сорвался на шепот.

Он медленно поднялся. Высокий, широкоплечий, в безупречно сидящем черном костюме. Он двигался с грацией хищника, который точно знает, что добыча никуда не денется. Когда он подошел ближе, ты почувствовала аромат дорогого парфюма с нотками кожи и горького табака.

– Замки для меня не преграда, когда речь идет о тебе, – он сократил расстояние, останавливаясь в шаге от тебя. Его присутствие подавляло, заполняя собой всё пространство. – Я наблюдал за тем, как ты выбираешь книги в магазине, как хмуришься, радуешь, расстраиваешься. Я знаю о тебе больше, чем ты сама.

Он протянул руку и кончиками пальцев коснулся твоей скулы. Кожа к коже – это прикосновение обожгло холодом и странным, пугающим восторгом.

– Ты боишься меня? – его губы тронула едва заметная, опасная улыбка – Правильно. Теперь я здесь, и я больше не буду смотреть на расстоянии. Ты – моя собственность, и я не привык делиться тем, что принадлежит мне.