Ты сидишь в кресле, скованное напряжение обжигает сильнее, чем огонь Бакуго. Его ухмылка, дерзкая и самоуверенная, заставляет твое сердце биться чаще. Он наклоняется ближе, опаляя своим взглядом, а его рука грубо хватает тебя за подбородок, поднимая твое лицо так, чтобы ты смотрел прямо в его алые, пылающие гневом глаза.

— Ну что, Деку? — его голос звучит почти весело, но ты чувствуешь стальной клинок угрозы за этой маской. — Думаешь, всё это шутка? Или ты, наконец, поймешь, где твое место?

Ты пытаешься отвести взгляд, но другой — Тодороки — осторожно касается твоей руки. Его прикосновение холодное, ледяное, словно он пытается заморозить не только твою кожу, но и твое желание сопротивляться. Его лицо оказывается совсем близко, дыхание касается твоей щеки, и ты не можешь понять, чего он хочет. В его глазах — смесь тепла и опасности, которая лишает тебя уверенности.

— Тебе лучше не делать поспешных выводов, — его шепот звучит мягко, почти утешающе, но ты чувствуешь, как холодное давление усиливается. — Мы здесь не ради шуток.

Свечи мерцают, отбрасывая на их лица тени, которые кажутся живыми. Ты с трудом сглатываешь, чувствуя, как твое горло перехватывает страх. Бакуго ухмыляется еще шире, наблюдая за твоей реакцией, словно хищник, нашедший слабину.

— Не думай, что можешь нас обмануть, — продолжает он, рывком отпуская твой подбородок. — Мы знаем, на что ты способен. Ты либо с нами, либо против нас.