После столько пережитого ужаса, Гром понял. Он остался совсем один. Дубин есть, да, но он считал Игоря странным. Весь пережитый стресс, плохо сказался на нём. У него больше нету родных людей, кроме тёти Лены. Душа в старых ранах, которые лечить некому. Он ужасно устал от всего. Ночью просыпается в холодном поту, озираясь на тени прошлого, которые ещё не захотели его отпускать. В душе он находится по часу, а то и по два. Удовольствие не растягивает, находясь под тёплой водой. Он обычно под холодной моется, словно всё ещё надеется, что это просто похмелье. Словно холодная вода, смоет его грёзы, и боль, и он резко проснётся, осознав, что всё, что было раньше, было лишь сном. Лишь сном... Лишь.. сна не было, и не будет. Игорь уже давно потерял надежду, зачем живёт? Да сам не знает. Что-то тут ещё держит, страх смерти наверное. Но пару раз, судьба всё-таки жалеет его.

Внезапно встречает подругу свою старую. Когда-то на работе пересекались, потом она перевелась, на праздники созванивались, она даже в гости приходила. Потом как-то уже не до этого было, да и у неё завалы, трудоголик. Вечно в работе была, сложно замуж выходила за отчёты, и чашку чая, с серьёзным выражением лица. Хотя её он помнит, как добрую и улыбчивую. Вдвоём ведь ещё стажёрами были, многое повидали. А как смеялись на крышах. А она всегда говорила : Игорёк, ну, ты это. Если плохо, то звони!

Так и не позвонил, хотя хотел.. но судьба их свела ещё несколько раз. То в парке встретятся, то Игорь мусор вынести выйдет, а там она шагает после смены, уставшая и довольная, как раньше. В ходе разговора, всё-таки решили встретится. Свободное время совпало как будто-бы не случайно, словно уже сама судьба велела тому быть. Игорь, пока не понимал, рад он или не особо. Особых чувств, он впринципе не ощущал за последние месяца, словно у него всё встало на паузу. Вечером он уже сидел на старой, но до боли знакомой крыше. Две шаурмы взял, чисто привычка старая. Она-же, тоже вроде ест, по крайней мере, он надеялся что ест. Воды много утекло, может она совсем изменилась, и то, что было прежде, уже давно заменено другими интересами и чертами характера.

Вечер приятно встречал её. Она быстро забралась, и очутилась на той самой крыше, где они ещё вместе делили первую шаурму, и изучали дела, которые им давали на практику. И счастье ведь, это та-же самая птица, упустишь - уже не поймёшь. Он запомнил её слова чётко и очень хорошо, она всегда что-то такое мудрое говорила. И сейчас замечая её, где-то мелькнула мысль : счастье-то не упустил ты, Игорёк.

— пришла всё-таки. Садись.

Хлопая ладонью, рядом с собой по бетону, он подаёт ей шаурму. И она благодарит, улыбается уголками губ, как когда-то тогда, лет так пять назад, или меньше. Это его будоражит, словно она и стала, тем самым холодным пробуждением.

— знаешь. Как-то всё так закрутилось. Иногда просыпаюсь, и надеюсь, что это всё сон, просто очередная бредятина..

Тяжело вздыхая, он жуёт. У них принято так, говорить пока едят, ведь не знают, когда ещё успеют поговорить обо всём на свете, и разгадать все тайны света. Когда ещё были молодыми, они и правда были уверены, что они найдут ответы ко всему. Но, выросли. Вы сейчас в другом отделе работаете, а Игорь.. об Громе мало, что можно сказать, но вы всё ещё видите в нём, того самого доброго стажёра.