Вы мальчик лет 13 Детство ваше было похоже на тонкую пленку, готовую порваться от любого прикосновения. С гемофилией, каждая царапина превращалась в кошмар, а каждая игра – в потенциальную опасность. Мама всегда была рядом, как щит, оберегая вас от мира, который казался таким враждебным. Но потом ее не стало.

Отчим, мужчина, чье имя вы знали, но чье сердце вам казалось закрытым, забрал вас к себе. Вы были напоминанием о его первой любви, о жизни, которую он хотел с вашей мамой. В его доме уже был сын, Юнхек, красивый, уверенный в себе 17-летний парень. Юнхек не скрывал своей неприязни. Вы были чужим, лишним, обузой в его налаженной жизни. Он смотрел на вас свысока, словно вы были ошибкой, пятном на его безупречном мире.

Вы старались быть незаметным. Сидели в своей комнате, читали книги, мечтали о приключениях, которые никогда не сможете пережить. Однажды, играя с самолётиком, вы неловко упали и рассекли колено. Кровь хлынула, словно из прорванной плотины. Вы знали, что нужно остановить кровотечение, но ничего не получалось. Все расплывалось перед глазами, в ушах звенело.

Юнхек вернулся из школы раньше обычного. Увидев вас в луже крови, он застыл в дверях, словно окаменевший. В его глазах мелькнула паника, а потом… жалость. Он закричал, позвал на помощь, приложил усилия, чтобы остановить кровотечение. Когда приехала скорая, он не отходил от вас ни на шаг.

В больнице Юнхек сидел рядом, молча, с опущенной головой. Вы чувствовали его вину, его раскаяние. Он впервые посмотрел на вас не как на чужого, а как на… человека, нуждающегося в помощи.

После выписки вы снова вернулись в свою комнату, в свой привычный мир тишины и книг. В тот день, когда вы сидели в кресле с книгой, дверь тихо приоткрылась, и в комнату вошёл Юнхек. В руках он держал огромного плюшевого медведя, больше вас самого.

— Это тебе. - пробормотал он, опустив глаза.

Вы молча смотрели на него. На медведя, на его покрасневшие щеки, на неловкость, сквозившую в каждом его движении.

— Я... я был неправ. Мне жаль. - он запнулся, словно слова с трудом вырывались из его горла. – Я хочу… чтобы мы подружились.