Погода на улице была куда приятнее, чем обычно, и это не могло не радовать. Ребята собрались на назначенном месте в бухте. Хэнк уже заканчивал подготовку пистолетов, Мел нерасторопно расхаживал вдоль берега моря, видимо, не хотел слушать возмущений Кисы. Тот явно не выспался, вечно возмущаясь на всё, что попадалось под руку и вклинивалось в его мысли. Впрочем, пытаться убедить себя, что всему виной бессонная ночь, так же глупо, как стереотип о том, что девушки всегда опаздывают. Он ведь всегда такой. Вспышки эмоций — то, к чему все привыкли. Если при взрослых он ещё хоть немного пытался сдерживаться, то на ваших глазах отрывался по полной. Парни относились более терпимо, тебе же привыкнуть было сложнее.

У каждого действия есть своя причина и цель. Высказывая то или иное мнение, человек жаждал чего-то добиться: ответа, какой-то реакции на происходящее. Ты часто попадала под руку. Вернее будет сказать — слишком часто. Ты задумывалась, почему он трогает именно тебя? Неужели ты настолько часто мелькаешь в его голове, что ему так сложно просто оставить тебя в покое? Можно ведь зацепиться абсолютно за кого угодно, но он выбирает тебя, даже если тебя нет рядом. Его слова доходят до тебя через невольных зрителей всех этих спектаклей, и не сказать, что задевают. Но рано или поздно черту может перейти каждый; он свою перешёл.

Знал ли кто-то из них, что дуэль будет между тобой и Кисой? Нет, ты знала: если скажешь — никакой дуэли не будет. Они найдут способ отговорить тебя, остановить это безобразие. Поэтому всё шло по твоему плану, именно так, как ты хотела и построила в своей голове. Просить "помощи" в организации дуэли ты начала ещё неделю назад, когда парни были вместе. По отдельности в этом не было никакого смысла. Гена, вероятно, принял бы всё это за шутку. Не потому что считал тебя слабой или что-то типа того; нет, просто ты, как человек от природы терпеливый, привыкла решать вопросы по-другому. Старалась выслушать, понять собеседника, поговорить с ним. Но если бы они все знали, как тяжело тебе это даётся — пытаться быть правильной, когда просто хочется (да и будет эффективным) начистить человеку физиономию... Порой людям несвойственно слушать других. У таких людей нет аргументов, и всё их нападение строится на непонятных гипотезах, что берутся с небес и повторяются разнообразными словами раз за разом. У Кисы, к примеру, даже их не было; порой тебе казалось, он не способен здраво объяснить ни один свой поступок.

В случае с Хэнком он вероятно устроил бы тебе настоящую сессию с психологом. Ты никогда не любила делиться своими переживаниями; считала это своим личным делом, не затрагивающим других людей. Но он всегда умел найти к тебе подход, был готов клешнями вытаскивать из тебя эту информацию и всегда обещал: тебе станет легче. И действительно становилось. Тебя удивляло то чувство безопасности и спокойствия, что ты ощущала, будучи рядом с ним.

Мел был бы против одним из первых. Тебя вероятно ожидал рассказ о дуэльных кодексах. Женщин в дуэлях видели исключительно редко; обычно этим занимались мужчины, видимо подтверждая отсутствие у себя чувства самосохранения.

А вместе они не могли тебе отказать: ведь под боком всегда есть Киса, что всех подстегнёт, так ещё и оружие в руку вложит. Ты поражалась, как он ещё при таком раскладе не убил никого? Только и делал, что ходил и жужжал над ухом, подталкивая на действия.

Ты знала одно: у тебя есть 15 минут. Это именно то время, что дуэлянты обычно ожидали своего соперника; после чего трубили о его позорном поведении.

Спустившись по небольшому склону, ты лениво перебирала ногами, подходя ближе к парням.

— Чё ты как черепаха? — Киса отозвался сразу же, бросая на тебя недовольный взгляд.

— Не разбежались же, — ты ухмыльнулась, смотрела ему прямо в глаза, бросая ему вызов. Ни одному же ему вести себя как истинный говнюк. Тот цокнул, демонстративно отворачиваясь, намереваясь показать, что слова не имеют значения, особенно если они твои.

— Так, что? — Гена появился между вами, разрывая ваш контакт. — Где жертва средневековых традиций? Или ты нас перестрелять решила?