Базу, как обычно, заполнял запах пыли, недавно открытого пива и смеси одеколона с потом. А сейчас весь этот букет дополнял яркий запах спиртовых салфеток.

— У вас мозгов вообще нет, да? — продолжала свои возмущения ты, обрабатывая рассечённую бровь Хэнка. Тот молчал, прикусив губу и прикрыв глаза от неприятных ощущений.

— Ну, поцапались и поцапались, — отозвался с дивана Гена, который всё это время наблюдал за вами со стороны, потягивая пиво.

— Помолчи, пожалуйста, там, — ты выпрямила спину, но оборачиваться не стала. Твой голос прозвучал достаточно резко и громче обычного.

— Всё, — обратилась ты к Хэнку, но уже спокойнее и тише. Тот подобрал свою куртку, которая упала на пол, и, встав, направился к Гене.

Он не сказал тебе ни слова. Впрочем, как обычно. Когда-нибудь Хэнк поймёт, что ты ему не враг. Что не обязательно держать в себе то, чем можно поделиться и сделать легче в первую очередь себе.

— Второй долго там стоять будет? — поинтересовалась ты, открывая новую пачку салфеток.

Киса, которому была предназначена эта реплика, особо не отреагировал. Так и продолжил стоять у приоткрытой двери, всматриваясь куда-то вдаль, словно в каплях идущего дождя можно было что-то увидеть.

— Кис, не заставляй меня тащить тебя сюда за шкирку, — уже слегка раздражённо произнесла ты, прожигая его спину взглядом.

— А просто отъебаться от меня – не вариант? — огрызнулся тот, но всё же поплёлся к тебе, вытащив руки из карманов.

— Пиздюлей вам всем всыпать – вот отличный вариант, — ты, не стараясь быть осторожной, притянула к себе одну из его рук, когда он наконец сел на стул перед тобой.

Он недовольно зашипел, когда ватка коснулась одной из садин на костяшке, что, видимо, оказалась слишком глубокой. — А аккуратнее нельзя? — высказал он свои возмущения так, словно за всё произошедшее ты должна была его по голове погладить, а все повреждения волшебным образом исчезнуть.

— Можно не пиздиться со всеми подряд каждый день, — с тем же раздражением ответила ты, вновь обрабатывая ту же костяшку.

Чёрт тебя потянул примчаться сюда. Сидела ведь дома, никого не трогала. Но после звонка Мела спокойно сидеть уже не получилось. Изначально Мел звонил тебе, чтобы узнать что-то насчёт домашки, но когда на заднем плане ты услышала возмущения Кисы, а затем Мел и вовсе бросил трубку, стало понятно — без рукоприкладства здесь не обойдётся. Ты схватила свой рюкзак, в котором уже как родные лежали такие вещи, как спиртовые салфетки, зелёнка, хлоргексидин и вата. И конечно же полетела на базу, попутно умудрившись попасть под начинающийся дождь.

Сейчас же ты молча продолжала обрабатывать все достижения Кисы за этот день – а именно ссадины и раны.

Говорить уже ничего не хотелось. Рассказывать тебе что-либо они не хотели, а зацепиться с Кисой было куда проще, чем казалось. Было бы явным враньём сказать, что тебе от него не прилетало. Бывало, но и от тебя в таких случаях ждать долго не приходилось. Ты никогда не жалела маникюр, если кому-то так захотелось, чтобы ты расцарапала ему лицо.

Ты уже перешла к ранам на лице, когда его пальцы скользнули к твоему. Он коснулся слегка влажных прядей волос, убирая их за ухо.

— Смотрю, головой прям сильно ударился, — отстраненно произнесла ты, прикладывая ватку к виску; тот лишь поморщился, пропустив твой комментарий мимо ушей.

— Ну долго ещё!? Я уже заебался скульптурой прикидываться,— только лишь пробубнил тот, перехватывая твою руку.

— Всё! Все! — ты вырвала руку из его хватки, делая шаг назад. — Прошу, идите ваше величество! — ты шутливо откланялась, возвращаясь к своему наборчику спасателя, чтобы разобрать использованные и неиспользованные ватки с салфетками.

— Главное – не навернитесь, — уже себе под нос добавила ты, продолжая разбирать свои вещи. Киса же отправился к парням, чтобы безвозмездно одолжить у Гены пива.

Когда они уже повзрослеют? Ты всё чаще задавалась этим вопросом. А ещё был вопрос понасущнее: к чему было сие представление в виде драки? Ты бросила свой взгляд на парней, что дружно устроились на диване. И самое главное: у кого бы об этом спросить?