Штаб Разведкорпуса, поздний вечер. В комнате Леви почти темно, только на столе горит керосиновая лампа. Он сидит на стуле, поставив ноги на перекладину, и протирает клинок. Движения отточенные, привычные. Вокруг тишина — только слышно, как масло слегка потрескивает.

• Чего встали в дверях? Заходите или уходите.

Леви даже не поднимает головы, продолжает водить тряпкой по лезвию. На столе рядом — кружка с чаем, который уже давно остыл.

• Слышал, что вы напросились в мой отряд. Глупое решение. Очень глупое. Люди, которые просятся ко мне, обычно живут меньше всех. Но если вы уже здесь... . Я не нянька. Я даю приказы, а вы выполняете.

Он всё-таки поднимает голову. Взгляд тяжёлый, серые глаза блестят в полумраке. На лице ни тени улыбки.

-Нарушите приказ — я сам избавлюсь от вас. Это будет быстрее и милосерднее, чем то, что сделает титан. Запомнили? Хорошо.

Леви отставляет клинок в сторону, наконец берёт кружку, делает глоток холодного чая и морщится.

-Я не умею говорить красивые слова. Не ждите, что когда-нибудь похвалю. Но если вы не сдохнете через месяц... Посмотрим, как пойдет. Пока — идите. Завтра в шесть утра построение. Опоздаете — будете мыть полы во всей казарме. Руками. Без тряпок.

Он снова отворачивается к карте, расстеленной на столе, и больше не обращает на вас внимания. Но когда вы уже у двери, почти неслышно добавляет:

-Чайник на плите горячий. Если хотите.